Уехать по туристической визе в сша и остаться


Как можно легально надолго остаться в США по туристической или гостевой визе

Вот как я люблю правильные вопросы! Один парень задал вопрос, а я решил из этого сделать целую статью, потому что в комментариях не всегда найдешь, а тема необычайно интересная.

Смысл в том, как можно совершенно легально оставаться в США год-полтора, а то и целых два, если у Вас имеется только туристическая (или гостевая!) виза и горячее желание пожить в Америке как можно дольше.

Сейчас я обрисую тактику Вашего поведения. Но для начала вот тот самый вопрос, немного сокращенно. Вы можете посмотреть целиком наш разговор здесь: Какие люди живут в Америке

Здравствуйте Владимир. Родился и вырос я в Северном Казахстане, где на данный момент и проживаю, мне 22 года. С детства я влюблен в Нью-Йорк, просто плачу и грежу этим городом, поехать в НЙ моя самая сокровенная мечта. Летом сего года планирую поехать, деньги почти собрал что называется » с миру по нитке» долго копил, во многом себе отказывал. Визу пока не получил, все в процессе. Хочу задать Вам извечный надоедливый вопрос. Как мне поступить, если я захочу остаться в НЙ пусть не на всю жизнь, но хотя бы на 1-2 года имея туристическую визу? Если мне дадут ее на 2-3 месяца, стоит ли сразу искать работу? И если я начну работать нелегально, не помешает ли мне это в продлении визы? Имею на руках депозит в 2500 на первое время, работать умею, как руками так и головой, англ хороший, не ленив, грязной работы не боюсь, отлично готовлю, по специальности техник-строитель, опыт работы есть и навыки тоже. Прошу у Вас совета, посоветуйте как «опытный» как лучше поступить чтобы был хоть какой-нибудь результат. Заранее спасибо, жду Вашего ответа с нетерпением!

Я там в комментариях ответил коротенько, но конкретно. И вот теперь мой расширенный ответ. Действительно, и я тоже считаю, что попав в Америку, просто глупо оттуда уезжать. Как поступить более или менее легально, чтобы пожить здесь годик-другой, а то и совсем остаться.

В вопросе есть 2 ключевые фразы, которые я сейчас выделю жирным шрифтом. В первоисточнике этого не было. Смотрите, вот они:

1. поехать в НЙ моя самая сокровенная мечта — если есть мечта, все остальное уже неважно. Человек ТОЧНО пробьется!

2. работать умею, как руками так и головой, англ хороший, не ленив, грязной работы не боюсь — можно на две части даже разделить. Первое, что парень не боится любой работы, а это значит, что уж он точно найдет себе работу.

Правда, работу нелегальную, потому что по туристической (или гостевой) визе легально работать нельзя. Но в США столько нелегальных работников, что на это просто, подчас, закрывают глаза.

И второе, что у него есть английский язык. А вот это очень важно! Я дальше скажу, почему это важно, а пока вот тактика поведения, едва Вы сошли с самолета и попали «в лапы» иммиграционного офицера.

Вот здесь чистая везуха, потому что это ни от чего не зависит. А вернее, зависит от офицера. Он/а может по каким-то неведомым причинам поставить Вам только 3 месяца пребывания в США.

А если птички поют, настроение у него (нее) хорошее, и Вы простой честный парень или девушка, то он/а Вам накатает целый год легальной жизни в США. У моих знакомых, кое у кого так и было.

Но даже если всего три месяца, все нормально. Не позже чем за 1 месяц до окончания срока (!) подавайте прошение о продлении времени пребывания в США. После подачи, Вам обязательно, в течение двух недель, придет подтверждение, что Ваше заявление принято к рассмотрению.

Внимание, это важно! У Вас, например, уже кончилась виза, но Ваши документы лежат на продлении, о чем Вам сообщено письменно. В этом случае Вы все равно находитесь в США совершенно ЛЕГАЛЬНО!

Даже если возьмем случай, что Вам отказали в продлении, то приходит письмо с отказом, и там написано, что Вы должны покинуть США такого-то числа, не завтра и не вчера тем более.

Но, кстати сказать, если Вы ведете себя нормально, не засветились в полиции или что-то в этом роде, то визу продлевают без проблем. И дают, как правило, 6 месяцев.

Визу можно продлевать ДВА раза. То есть, опять, не позже, чем за месяц до конца срока, проделываете весь этот процесс повторно. Теперь, как делать и сколько это стоит.

Сейчас в Чикаго продление визы стоит около 300 долл. Но самому это сделать трудно, потому что масса всяких тонкостей. Поэтому придется идти к адвокату. У нас это, примерно 500 долл., в Нью-Йорке может быть и дороже. Да точно дороже.

Но иногда есть люди, которые занимаются подобными вещами на частной основе. Просто правильно заполняют документы. Берут они в разы меньше, чем адвокат, и в Чикаго можно найти человека, который Вам все сделает, как нужно, не за полтыщи, а долларов за 150, к примеру.

Это нормальный бизнес, кстати. И обычно, в русской среде Вам подскажут такого человека. Ну, конечно, не напоритесь на жулика. Прежде чем обращаться, хорошенько все узнайте у надежных людей.

Теперь насчет работы. По туристической или гостевой визе работать легально Вас никто не возьмет. Значит устраиваетесь на работу по типу «деньги на бочку». Вот тут начинаются сложности.

Тот мой парень собрался в Нью-Йорк. Там живут самые русские жулики. Так что очень тщательно смотрите, чтобы Вас не надули. Лучше всего, чтобы платили каждый день, или, хотя бы, раз в неделю.

На оплату раз в месяц даже не рассчитывайте — обманут, а жаловаться некому. И даже морду не набить хозяину, потому что тут Вы и пропали — попадете в полицию, а дальше «адьос, амигос» и билет обратно.

С работой закончили. Само собой, что работать Вы будете не директором цирка, а где-то, что-то мыть чаще всего. Или что-то, типа — «бери больше — бросай дальше».

Поэтому я и выделил выше слова: грязной работы не боюсь. Работа будет именно грязная скорее всего. Впрочем, тот мой парень знает строительство, а тут очень много русских промышляют стройкой. И если ты специалист, то очень даже можно устроиться не так уж и плохо. Даже нелегально.

Теперь вот о чем. Если есть язык (помните: англ хороший), то совершенно реально за это время поступить учиться. Почти в любом колледже есть международный отдел.

Идешь туда, разговариваешь с ними, они объясняют, что нужно для поступления, какие документы, даже помогут заполнить. Конечно, обучение стоит денег, но!

Если Вы поступили на учебу, то там же, в колледже, Вам подскажут, как поменять визу с туристической на учебную. А вот уже по этой визе. Вы, во-первых, считаетесь «легалом» на весь период обучения, а во вторых имеете право на легальную работу!

Конечно, на легальной работе совершенно другие деньги, и уж за колледж несколько тысяч в год Вы заплатите вполне. Не рвитесь сразу в универ, хотя, как знать…

Кроме того, Вам не нужно платить деньги СРАЗУ за весь период обучения. Здесь есть такое понятие, как пеймент план (payment plan), в котором оговаривается когда и сколько Вы платите — помесячно, поквартально и пр.

Ну и не лишне будет сказать, что за время учебы, возможно, Вы найдете себе достойного спутника или спутницу жизни, да еще, приятный сюрприз — гражданина или гражданку США. После брака все уже гораздо проще.

Так что вот Вам, мои дорогие посетители сайта, еще один вариант — как попасть в США и остаться здесь жить. Все, что я рассказал — абсолютно реально.

www.doctorvlad.com

Истории россиян, которые уехали в США по туристической или студенческой визе — и решили остаться - Наши в США

В общей сложности в 2016 году 3 529 россиян получили иммиграционные визы в США. Количество неиммиграционных виз — туристических, студенческих, рабочих — было выдано в 38 раз больше: их получили 136 665 россиян. Каждый год некоторые из получателей таких виз, отправившись в Америку, решают не возвращаться домой. «Медуза» нашла и расспросила нескольких человек о том, как им живется и о том, как они легализуют свой статус и обустраиваются.

Александр Смирнов (продавец)

Из личного архива Александра Смирнова / meduza.io

Моя жизнь в России меня устраивала — до того момента, как я совершил каминг-аут. Мне стали угрожать в соцсетях и по телефону, расписывали мой подъезд. Я мог прийти домой и увидеть надпись у своей квартиры: «Здесь живет пидор». Меня попросили уволиться из пресс-службы заместителя мэра Москвы по градостроительной политике и строительству. Начальница надавила на мое чувство ответственности: сказала, что если ее босс узнает о моей ориентации и публичном ее раскрытии, уволиться придется всем. Я думаю, этого бы не случилось, но тогда написал заявление об уходе по собственному желанию. Конечно, мне было некомфортно, но когда живешь так ежедневно, воспринимаешь это как часть реальности.

А потом умерла моя бабушка в Благовещенске и оставила мне маленькую двушку-хрущевку. Когда мама рассказала мне об этом, я в течение суток принял решение, что я ее продам и уеду в США — там уже жили мои друзья. Для меня, 40-летнего человека, не знавшего ни одного языка, кроме русского, важны были люди, которые помогут на первых порах с адаптацией, и деньги — без них переезд бы стал авантюрой, на которую я бы в этом возрасте не решился.

Туристические визы мы делали вместе с мамой — я уже понимал, что никогда не вернусь, поэтому мне было важно, чтобы она могла прилетать ко мне. На интервью в консульстве у меня не спрашивали об иммиграционных намерениях, но я знал, что буду просить убежище. Так делают многие беженцы — въезжают в страну как туристы, и в течение следующего года пытаются изменить статус.

Я снял студию в русскоязычной части Бруклина, стал учить язык и изучать город: мы с мамой ходили на бродвейские мюзиклы, отметили мой и ее дни рождения, просто гуляли. Меня поразило, что нам постоянно попадались вежливые люди. Я не видел на улицах пьяных — не возле баров, а просто идущих по тротуару. В Благовещенске таких было в избытке. Да, в метро было грязнее, чем в Москве, но положительных моментов было больше — мне нравился Нью-Йорк, и я с большим удовольствием его изучал.

Когда мама вернулась в Россию, я легко нашел бесплатных адвокатов: в США юридические компании берут на себя обязательства по помощи людям, у которых нет средств оплатить услуги юриста. Мне помогли подготовить и перевести пакет документов — доказательства того, что моей жизни на родине действительно угрожала опасность. Такие бумаги помогают убедить иммиграционного офицера предоставить убежище, и они у меня были — справка о задержании из полицейского участка, куда я попал после акции протеста по отстаиванию прав геев в России, заметки и интервью в СМИ. С представителями этой фирмы я встречался около 10 раз, за это время мы успели обсудить все: от моих детских лет до последних дней пребывания в России. Адвокаты не любят делать прогнозы, но сказали, что шансы получить убежище, а затем и грин-карту у меня высокие. Дело было готово спустя год, мы подали документы в 2015 году, и с тех пор я жду интервью. Это нормально — здесь очень большая очередь тех, кто хочет получить политическое убежище. По прогнозам, к иммиграционному офицеру я попаду в декабре 2017 или январе 2018 года.

Разрешение на работу мне дали через девять месяцев после подачи заявления. Деньги у меня к этому моменту уже заканчивались, и я устроился работать в магазин — сортировал орехи. Мне платили девять долларов в час, если я работал 40 часов в неделю. Если работал сверхурочно — за каждый «лишний» час платили в полтора раза больше. Это очень небольшие для Нью-Йорка деньги, но моя зарплата сортировщика орехов все равно была выше зарплаты работника пресс-службы в Москве.

На следующей работе я продавал рыбу: принимал товар, чистил карпов и окуней. На нынешней — продаю салаты. Магазин, в котором я работаю, находится недалеко от Манхэттен-бич, большинство покупателей — русскоговорящие, но 15-20% — американцы. С ними я общаюсь по-английски, на это моего языка хватает, но не более. Сейчас я жалею, что, приехав в США, не занялся обучением плотнее, но объясняю это тем, что мне нужно было время, чтобы восстановиться эмоционально. В январе собираюсь вернуться на языковые курсы, пока что на это не хватает времени — работаю по 55-57 часов в неделю. Физически я устаю, конечно, зато морально — отдыхаю. Это лучший коллектив за всю мою богатую трудовую биографию. У нас работают ребята из Украины, Таджикистана, Узбекистана, мы все говорим по-русски, нам нравится общаться друг с другом. Еще один важный для меня момент: я больше не вру. Я не рассказываю всем подряд о своей ориентации, но и не скрываю ее. Если меня спрашивают, честно отвечаю, что гей, а не выдумываю нелепые истории про любимую девушку, развод или несчастную любовь.

Я мечтаю хорошо выучить язык, получить грин-карту и пойти в колледж. Мне кажется, я смогу заниматься социальной работой. А сейчас рад делать то, что делаю: в этом году ко мне на четыре месяца приезжала погостить мама, и я смог оплатить ей билеты и показать лучшие Бродвейские постановки. Когда сидишь в первом ряду, и видишь, как главный герой смотрит маме прямо в глаза — ты гордишься. Потому что ты всего лишь какой-то продавец в каком-то магазине, но ты можешь, не жертвуя ничем, просто жить и радовать маму.

Яна Петрова (операционный директор в строительной компании)

*Имя героини изменено по ее просьбе.

Я работала в крупном издательском доме в Петербурге, была директором по распространению. Я даже не думала что-то менять, в Нью-Йорке оказалась случайно — в гостях у одноклассницы. А там на вечеринке познакомилась с Эваном. Следующие два года мы встречались в Нью-Йорке, где он знакомил меня с родителями, я была у него дома в Колорадо. Эван и Америка нравились мне все больше: я видела, как живут здесь люди, видела, что для тех, кто хорошо работает, покупка своего дома, например, не является заоблачной мечтой — можно взять ипотечный кредит под 3% годовых. А я всегда хотела дом. Поэтому когда Эван предложил переехать к нему, я сразу согласилась. К тому же, я — дочь военного, в детстве мы много переезжали.

Уже в Колорадо мы поженились и собрали необходимый пакет документов для превращения меня из туристки в жену: телефонные разговоры, показания общих друзей и родителей, подтверждающие наши отношения. Пока я ждала разрешения на работу — его в США дают чуть раньше, чем грин-карту, чтобы кандидат мог платить налоги — отношения с мужем стали портиться. Я сходила с ума от безделья — бесконечно наводила чистоту в доме, готовила, даже посадила помидоры и картошку в огороде с видом на Скалистые горы. Мужа раздражала моя активность: у американцев другая ментальность, они более расслабленные — например, на то, чтобы сделать две стирки, закупить продукты на неделю и убрать дом, муж отводил себе три дня, а я справлялась за день. Ему было неловко за то, что он лежит на диване, пока я занимаюсь хозяйством, а так как я еще плохо знала язык, детально обсудить все разногласия мы не могли. Потом он ввязался в финансовую авантюру, потерял работу и деньги. На почве финансовых проблем у Эвана случился нервный срыв — в один из дней он сказал, что расправится со всеми, кто лишил его работы и денег, а потом застрелится сам.

Я сбежала из Колорадо в Нью-Йорк — было страшно проверять, осуществит муж задуманное или нет. Английский я знала уже хорошо, грин-карту мне к тому моменту уже дали, в Нью-Йорке приютили друзья, и я стала рассылать резюме: от Conde Nast до маленьких магазинов. Мне было все равно, где работать управляющим: нужно было снимать квартиру и оплачивать счета. В итоге меня взяли на должность заместителя администратора в коворкинг WeWork — я отвечала за то, чтобы все 540 человек, арендующие у нас места и офисы, были довольны. Через полгода стала управляющим, а еще через месяц — ушла в строительную компанию, которая занимается производством и установкой воздуховодов в небоскребы. У меня не было инженерного образования, зато я закончила физико-математическую школу, поэтому в чертежах разобралась легко.

Через два с половиной года я из ассистента доросла до операционного директора. Я управляю производством: занимаюсь согласованием чертежей, закупками, логистикой и коммуникацией с рабочими на объекте. Под моим началом работает 20 человек, а мой начальник в переговорах с новыми клиентами использует меня как вау-фактор — в строительстве до сих пор работает мало женщин. Однажды мы закупили запчасти для нашего оборудования, и, когда нам его привезли, на огромной обернутой в пленку палете был розовый стикер: название фирмы и слоган — «Компания, управляемая женщинами». Я пока не знаю, как к этому относиться: с одной стороны, мы действительно молодцы, с другой — если я успешно управляюсь с бизнесом, зачем дополнительно анонсировать то, что я женщина?

Я так же, как и мужчины, встаю в 5:30, а в 7:00 — уже работаю. Соотношение зарплат у нас разное: там, где женщина получает 92 цента, мужчина получает сто, но мой уровень жизни сейчас меня устраивает — он гораздо выше, чем тот, который был у меня в России. Мне 42 года, я эмигрант, у меня акцент, а еще я не замужем и у меня нет детей — но за шесть лет в Нью-Йорке никто не заставил меня почувствовать себя неловко по этому поводу. Отчасти дело в самом городе — здесь все откуда-то приехали.

А вот мой папа-военный все эти годы считал, что мне нужно вернуться в Россию. Он звонил и стучал кулаком по столу, считая, что, раз личная жизнь не задалась, делать мне в Америке нечего. Поверил в то, что я, кажется, не бедствую, только после того, как я прислала ему фотографию 70-этажного жилого дома у Бруклинского моста. Написала: «Видишь? Это здание строит твоя дочь». Я знаю, он гордится мной — хотя время от времени и ворчит на тему, чего мне в Петербурге не сиделось.

Алена Шарандак (визажистка)

Из личного архива Алены Шарандак / meduza.io

Все толстые, едят гамбургеры, запивают их кока-колой и плохо шутят — примерно так я представляла себе Америку лет до двадцати. А потом уехала учиться в Китай и там узнала о программе Work and travel. Подумала — почему бы и нет? Я толком нигде не была, почему бы не съездить еще в одну страну. Так я попала в Оушен-сити, штат Мэриленд. Маленький городок с пляжем и длинной улицей с барами меня не впечатлил: делать было совершенно нечего. Я проработала там поваром три месяца, скопила немного денег и перед возвращением в Россию подарила себе неделю в Нью-Йорке. Он меня потряс! По дороге в [аэропорт] JFK я решила, что обязательно сюда вернусь, и в России взялась за дело: в августе 2011 выбрала школу по изучению английского и подала документы на студенческую визу, а в октябре — уже переехала. Поначалу было страшно: я никого не знала. Потом подружилась с двумя девушками, мы вместе сняли квартиру в конце Брайтон-бич, на Шипшед Бэй — адаптироваться стало легче.

Деньги заканчивались, поэтому я перевелась в более дешевую школу английского — такую, в которой можно было появляться пару раз в неделю для галочки — и устроилась хостес в ресторан на Манхэттене. Это было не совсем законно — если ты студент, должен учиться, а работать не имеешь права. Но я схитрила — использовала номер социального страхования, который мне дали, когда я работала в Мэриленде по программе Work and travel (выдается всем студентам, приезжающим в США по этой программе, чтобы они могли платить налоги — прим. «Медузы»). Владельцы ресторана тоже схитрили — зная, что за нелегального работника их могут серьезно оштрафовать, они платили мне 300 долларов в неделю. Для Нью-Йорка это копейки.

Помню, как смотрела на людей, покупающих в Starbucks латте за 4 доллара, и не понимала, как можно выбрасывать такие деньги. Через 7 месяцев меня мягко попросили — сказали, что дольше работать с нелегалом не смогут. Я перешла в ирландский паб, где столкнулась с харрасментом — ко мне приставал пожилой босс-ирландец, а когда я отказывала, мстил: было уже лето, и он мог заставить меня стоять на улице, под солнцем весь день, без тени. Следующие работодатели — владельцы шашлычной в Квинсе — мне просто не платили: я получала только чаевые. Соответственно, если клиентов не было или никто не оставлял на чай, я, проведя на работе с 11 утра до 12 ночи, не получала ничего. Мои работодатели знали, что деваться мне некуда — собственно, у них работали только такие как я: то есть те, кому легально работать было нельзя.

Так прошло два года. Я меняла работы, понимала, что мне нужна грин-карта, но не знала, как ее получить. Попросить убежище? Но от чего? В России у меня все было хорошо, а врать и наговаривать не хотелось. Рабочая виза? Тоже нет, нужно было быть ценным специалистом — например, ученым или айтишником, а не экономистом, как я, которым может быть каждый второй в Нью-Йорке. Выйти замуж я всегда мечтала по любви и на всю жизнь.

Мечта частично сбылась — я встретила парня, американца колумбийского происхождения, через два месяца он сделал мне предложение, мы поженились, и через год я отправила документы на изменение статуса. Мы сходили на интервью — американские власти лояльно отнеслись к тому, что я работала нелегально, потому что все это время я платила налоги. А еще через два месяца муж избил меня так, что я подала на него заявление в полицию и развелась. Это сильно осложнило жизнь: для того, чтобы получить грин-карту, нужно быть в браке два года. Мне пришлось начать новый кейс: уже в качестве жертвы домашнего насилия. Адвокат обошелся в 10 тысяч долларов, а ждать пришлось следующие два года — к счастью, часть денег дали родители, часть скопила сама.

Я решила изменить профессию — в России я работала мерчендайзером, но мне всегда нравился макияж, я любила красить подруг. Увидела в сети, что в дьюти-фри аэропорта JFK требуется визажист — и решила попробовать. Меня взяли, в основном, потому, что я говорю на трех языках: английском, русском и китайском. Но я постоянно тренировалась в макияже — на работе красила клиентов и коллег, а дома — подруг и себя. Конечно, этого было мало, но когда друг прислал мне объявление о том, что в Chanel в универмаг Блумингдейлс требуются визажисты, я решила попробовать. Готовилась без устали: смотрела на Youtube видео по нескольку часов, повторяла, смотрела, повторяла снова. Моя бизнес-менеджер потом рассказывала, что на интервью ее поразило мое бесстрашие — почти без опыта, я так хотела получить эту работу, что меня взяли. Собеседования длились четыре месяца — меня проверяла служба безопасности, но документы были уже в порядке.

Сейчас я живу в Аппер Ист-сайде в двухкомнатной квартире, одну из комнат иногда сдаю на Airbnb — это помогает платить аренду и оплачивать учебу: я снова решила изменить профессию и стала студентом школы здорового питания Integrative Nutrition. Я не думаю, что вернусь в Россию. Там человек, попавший в плохие обстоятельства не по своей вине и не имеющий связей и сил постоять за себя, может просто исчезнуть с лица земли. Здесь, когда мой муж избил меня, он был американцем, а я — никем, но закон встал на мою сторону. Ему запретили приближаться ко мне, а я год бесплатно ходила к психологу и восстанавливалась. В России у меня родные и друзья, я по ним очень скучаю, но чувство безопасности важнее этого. Важнее всего.

Источник: Медуза

nashiusa.com

Как можно остаться в США по туристической визе

Туристическая виза открывает перед вами всё великолепие Америки: каньоны, водопады, пустыни, горы, достопримечательности и чудные города. Но всего на полгода — дальнейшее пребывание в стране считается нелегальным и преследуется законом. Но как же быть, если все это полюбилось настолько сильно, что уезжать совсем не хочется? Можно ли продлить пребывание в стране, или же остаться насовсем?

Получаете визу-приезжаете-остаётесь ))) Ну а если серьёзно, то ниже написанное — это не инструкция и не руководство к действию! У каждого своя голова, своя ситуация и только вам решать, надо оно или нет!

San Francisco Chinatown. Фото из личного архива.

Если честно, меня удивляют люди, которые приезжают по турвизе, остаются нелегально и больше ничего не делают, работая на какой-то левейшей работе за наличку с оплатой труда ниже, чем минимальная, и еле сводя концы с концами! Как вы умудряетесь прожить оставшуюся жизнь в таком положении, как хватает эмоциональных сил не впасть в уныние? Неужели не хочется жить в будущем, как нормальный человек — со стабильным заработком и свободой передвижения не только внутри США, но и за пределами? Неужели нельзя почитать различные форумы, созвониться с иммиграционными адвокатами и наметить для себя путь легализации, если уж решились на этот шаг.

Наверное, не открою Америку, если скажу, что самый популярный путь легализации после приезда по туристической визе — это политическое убежище. Страшно звучит? Ага, мне такое даже в голову не приходило до переезда сюда. Но уже находясь тут, я поняла, что ооооочень много людей ежегодно так остаются! Какой он, этот путь? По мне, сложный.

4 декабря 2015 года, 8 утра. Мы втроём стоим перед зданием Посольства США и ждём своей дальнейшей участи. Фото из личного архива

✓ Надо найти грамотного адвоката, который будет вести твой кейс до самого конца и отдать ему $6-8 тысяч за оказанные услуги. Что входит в услуги — отправка/получение различных документов, сочинение легенды, почему вы подаёте на убежище, общение и переписка со всякими организациями, ну и всевозможные консультации.

А где он, этот конец, тоже неизвестно. Знаю только одно: SSN и разрешение на работу вы получите примерно через 9-12 месяцев после того, как начали процесс легализации. До этого момента легально работать на территории США вы не имеете права.

✓ Далее до решения суда — и в идеале получения Green Card — вы не можете приехать на родину. Вернее, вы можете попробовать, но назад уже не вернётесь никогда. Родственников ваших тоже вряд ли пустят к вам, так как у посольства уже больше нет никаких гарантий, что и родственники не пойдут тем же путём.

✓ Ну и суд… он состоится примерно через 3-5 лет, и все это время вы будете находиться в подвешенном состоянии! Также ни адвокат, ни ваша ситуация никогда не дадут вам полных гарантий, что вы выиграете дело и станете счастливым обладателем Green Card. Все будет зависеть от вашего кейса и, наверное, от «крутости» адвоката. В противном случае вас депортируют назад с баном на въезд на всю оставшуюся жизнь!

Поэтому те, кто у себя в стране думают, а не попробовать ли, подходите к этому делу со всей серьёзностью, взвешивайте ЗА и ПРОТИВ, чтобы потом не сойти здесь с ума от безнадёжности, и копите много-много денег! Ну а те, кто уже здесь и чего-то ждёт, не ждите! Здесь помогут только активные действия!

Woman.ForumDaily не несет ответственности за содержание блогов и может не разделять точку зрения автора. Если вы хотите стать автором колонки, присылайте свои материалы на [email protected]

Как живут россияне, которые уехали в США по туристической или студенческой визе — и решили остаться

Многие, получив туристическую визу, пытаются остаться в США навсегда. Фото cloudfront.net

В 2016 году 3 529 россиян получили иммиграционные визы в США. Неиммиграционных виз — туристических, студенческих, рабочих — было выдано в 38 раз раз больше: их получили 136 665 россиян. При этом в 2017 году россияне получили больше отказов в туристических визах в 2017 фискальном году, по сравнению с предыдущим. Об этом заявил Госдепартамент США, обнародовав новую статистику.  Напомним, что между Россией и США происходит взаимное сокращение дипломатических миссий, что усложняет оформление туристических виз. А выдачу россиянам неиммиграционных виз, которые не требуют собеседования, возобновили только первого сентября. Поэтому все больше жителей России едут в соседние страны, чтобы получить возможность побывать в США.

Каждый год некоторые из получателей таких виз, отправившись в США, решают не возвращаться. Журналист «Медузы» Анна Родина нашла и расспросила нескольких человек о том, как им живется и о том, как они легализуют свой статус и обустраиваются.

Александр Смирнов

продавец

Александр Смирнов. Фото из личного архива

Моя жизнь в России меня устраивала — до того момента, как я совершил каминг-аут. Мне стали угрожать в соцсетях и по телефону, расписывали мой подъезд. Я мог прийти домой и увидеть надпись у своей квартиры: «Здесь живет пидор». Меня попросили уволиться из пресс-службы заместителя мэра Москвы по градостроительной политике и строительству. Начальница надавила на мое чувство ответственности: сказала, что если ее босс узнает о моей ориентации и публичном ее раскрытии, уволиться придется всем. Я думаю, этого бы не случилось, но тогда написал заявление об уходе по собственному желанию. Конечно, мне было некомфортно, но когда живешь так ежедневно, воспринимаешь это как часть реальности.

А потом умерла моя бабушка в Благовещенске и оставила мне маленькую двушку-хрущевку. Когда мама рассказала мне об этом, я в течение суток принял решение, что я ее продам и уеду в США — там уже жили мои друзья. Для меня, 40-летнего человека, не знавшего ни одного языка, кроме русского, важны были люди, которые помогут на первых порах с адаптацией, и деньги — без них переезд бы стал авантюрой, на которую я бы в этом возрасте не решился.

Туристические визы мы делали вместе с мамой — я уже понимал, что никогда не вернусь, поэтому мне было важно, чтобы она могла прилетать ко мне. На интервью в консульстве у меня не спрашивали об иммиграционных намерениях, но я знал, что буду просить убежище. Так делают многие беженцы — въезжают в страну как туристы, и в течение следующего года пытаются изменить статус.

Я снял студию в русскоязычной части Бруклина, стал учить язык и изучать город: мы с мамой ходили на бродвейские мюзиклы, отметили мой и ее дни рождения, просто гуляли. Меня поразило, что нам постоянно попадались вежливые люди. Я не видел на улицах пьяных — не возле баров, а просто идущих по тротуару. В Благовещенске таких было в избытке. Да, в метро было грязнее, чем в Москве, но положительных моментов было больше — мне нравился Нью-Йорк, и я с большим удовольствием его изучал.

Когда мама вернулась в Россию, я легко нашел бесплатных адвокатов: в США юридические компании берут на себя обязательства по помощи людям, у которых нет средств оплатить услуги юриста. Мне помогли подготовить и перевести пакет документов — доказательства того, что моей жизни на родине действительно угрожала опасность. Такие бумаги помогают убедить иммиграционного офицера предоставить убежище, и они у меня были — справка о задержании из полицейского участка, куда я попал после акции протеста по отстаиванию прав геев в России, заметки и интервью в СМИ. С представителями этой фирмы я встречался около 10 раз, за это время мы успели обсудить все: от моих детских лет до последних дней пребывания в России. Адвокаты не любят делать прогнозы, но сказали, что шансы получить убежище, а затем и грин-карту у меня высокие. Дело было готово спустя год, мы подали документы в 2015 году, и с тех пор я жду интервью. Это нормально — здесь очень большая очередь тех, кто хочет получить политическое убежище. По прогнозам, к иммиграционному офицеру я попаду в декабре 2017 или январе 2019 года.

Разрешение на работу мне дали через девять месяцев после подачи заявления. Деньги у меня к этому моменту уже заканчивались, и я устроился работать в магазин — сортировал орехи. Мне платили девять долларов в час, если я работал 40 часов в неделю. Если работал сверхурочно — за каждый «лишний» час платили в полтора раза больше. Это очень небольшие для Нью-Йорка деньги, но моя зарплата сортировщика орехов все равно была выше зарплаты работника пресс-службы в Москве.

На следующей работе я продавал рыбу: принимал товар, чистил карпов и окуней. На нынешней — продаю салаты. Магазин, в котором я работаю, находится недалеко от Манхэттен-бич, большинство покупателей — русскоговорящие, но 15-20% — американцы. С ними я общаюсь по-английски, на это моего языка хватает, но не более. Сейчас я жалею, что, приехав в США, не занялся обучением плотнее, но объясняю это тем, что мне нужно было время, чтобы восстановиться эмоционально. В январе собираюсь вернуться на языковые курсы, пока что на это не хватает времени — работаю по 55-57 часов в неделю. Физически я устаю, конечно, зато морально — отдыхаю. Это лучший коллектив за всю мою богатую трудовую биографию. У нас работают ребята из Украины, Таджикистана, Узбекистана, мы все говорим по-русски, нам нравится общаться друг с другом. Еще один важный для меня момент: я больше не вру. Я не рассказываю всем подряд о своей ориентации, но и не скрываю ее. Если меня спрашивают, честно отвечаю, что гей, а не выдумываю нелепые истории про любимую девушку, развод или несчастную любовь.

Я мечтаю хорошо выучить язык, получить грин-карту и пойти в колледж. Мне кажется, я смогу заниматься социальной работой. А сейчас рад делать то, что делаю: в этом году ко мне на четыре месяца приезжала погостить мама, и я смог оплатить ей билеты и показать лучшие Бродвейские постановки. Когда сидишь в первом ряду, и видишь, как главный герой смотрит маме прямо в глаза — ты гордишься. Потому что ты всего лишь какой-то продавец в каком-то магазине, но ты можешь, не жертвуя ничем, просто жить и радовать маму.

Яна Петрова

операционный директор в строительной компании

Имя героини изменено по ее просьбе

Я работала в крупном издательском доме в Петербурге, была директором по распространению. Я даже не думала что-то менять, в Нью-Йорке оказалась случайно — в гостях у одноклассницы. А там на вечеринке познакомилась с Эваном. Следующие два года мы встречались в Нью-Йорке, где он знакомил меня с родителями, я была у него дома в Колорадо. Эван и Америка нравились мне все больше: я видела, как живут здесь люди, видела, что для тех, кто хорошо работает, покупка своего дома, например, не является заоблачной мечтой — можно взять ипотечный кредит под 3% годовых. А я всегда хотела дом. Поэтому когда Эван предложил переехать к нему, я сразу согласилась. К тому же, я — дочь военного, в детстве мы много переезжали.

Уже в Колорадо мы поженились и собрали необходимый пакет документов для превращения меня из туристки в жену: телефонные разговоры, показания общих друзей и родителей, подтверждающие наши отношения. Пока я ждала разрешения на работу — его в США дают чуть раньше, чем грин-карту, чтобы кандидат мог платить налоги — отношения с мужем стали портиться. Я сходила с ума от безделья — бесконечно наводила чистоту в доме, готовила, даже посадила помидоры и картошку в огороде с видом на Скалистые горы. Мужа раздражала моя активность: у американцев другая ментальность, они более расслабленные — например, на то, чтобы сделать две стирки, закупить продукты на неделю и убрать дом, муж отводил себе три дня, а я справлялась за день. Ему было неловко за то, что он лежит на диване, пока я занимаюсь хозяйством, а так как я еще плохо знала язык, детально обсудить все разногласия мы не могли. Потом он ввязался в финансовую авантюру, потерял работу и деньги. На почве финансовых проблем у Эвана случился нервный срыв — в один из дней он сказал, что расправится со всеми, кто лишил его работы и денег, а потом застрелится сам.

Я сбежала из Колорадо в Нью-Йорк — было страшно проверять, осуществит муж задуманное или нет. Английский я знала уже хорошо, грин-карту мне к тому моменту уже дали, в Нью-Йорке приютили друзья, и я стала рассылать резюме: от Conde Nast до маленьких магазинов. Мне было все равно, где работать управляющим: нужно было снимать квартиру и оплачивать счета. В итоге меня взяли на должность заместителя администратора в коворкинг WeWork — я отвечала за то, чтобы все 540 человек, арендующие у нас места и офисы, были довольны. Через полгода стала управляющим, а еще через месяц — ушла в строительную компанию, которая занимается производством и установкой воздуховодов в небоскребы. У меня не было инженерного образования, зато я закончила физико-математическую школу, поэтому в чертежах разобралась легко.

Через два с половиной года я из ассистента доросла до операционного директора. Я управляю производством: занимаюсь согласованием чертежей, закупками, логистикой и коммуникацией с рабочими на объекте. Под моим началом работает 20 человек, а мой начальник в переговорах с новыми клиентами использует меня как вау-фактор — в строительстве до сих пор работает мало женщин. Однажды мы закупили запчасти для нашего оборудования, и, когда нам его привезли, на огромной обернутой в пленку палете был розовый стикер: название фирмы и слоган — «Компания, управляемая женщинами». Я пока не знаю, как к этому относиться: с одной стороны, мы действительно молодцы, с другой — если я успешно управляюсь с бизнесом, зачем дополнительно анонсировать то, что я женщина?

Я так же, как и мужчины, встаю в 5:30, а в 7:00 — уже работаю. Соотношение зарплат у нас разное: там, где женщина получает 92 цента, мужчина получает сто, но мой уровень жизни сейчас меня устраивает — он гораздо выше, чем тот, который был у меня в России. Мне 42 года, я эмигрант, у меня акцент, а еще я не замужем и у меня нет детей — но за шесть лет в Нью-Йорке никто не заставил меня почувствовать себя неловко по этому поводу. Отчасти дело в самом городе — здесь все откуда-то приехали.

А вот мой папа-военный все эти годы считал, что мне нужно вернуться в Россию. Он звонил и стучал кулаком по столу, считая, что, раз личная жизнь не задалась, делать мне в Америке нечего. Поверил в то, что я, кажется, не бедствую, только после того, как я прислала ему фотографию 70-этажного жилого дома у Бруклинского моста. Написала: «Видишь? Это здание строит твоя дочь». Я знаю, он гордится мной — хотя время от времени и ворчит на тему, чего мне в Петербурге не сиделось.

Алена Шарандак

визажистка

Алена Шарандак. Фото из личного архива

Все толстые, едят гамбургеры, запивают их кока-колой и плохо шутят — примерно так я представляла себе Америку лет до двадцати. А потом уехала учиться в Китай и там узнала о программе Work and travel. Подумала — почему бы и нет? Я толком нигде не была, почему бы не съездить еще в одну страну. Так я попала в Оушен-сити, штат Мэриленд. Маленький городок с пляжем и длинной улицей с барами меня не впечатлил: делать было совершенно нечего. Я проработала там поваром три месяца, скопила немного денег и перед возвращением в Россию подарила себе неделю в Нью-Йорке. Он меня потряс! По дороге в [аэропорт] JFK я решила, что обязательно сюда вернусь, и в России взялась за дело: в августе 2011 выбрала школу по изучению английского и подала документы на студенческую визу, а в октябре — уже переехала. Поначалу было страшно: я никого не знала. Потом подружилась с двумя девушками, мы вместе сняли квартиру в конце Брайтон-бич, на Шипшед Бэй — адаптироваться стало легче.

Деньги заканчивались, поэтому я перевелась в более дешевую школу английского — такую, в которой можно было появляться пару раз в неделю для галочки — и устроилась хостес в ресторан на Манхэттене. Это было не совсем законно — если ты студент, должен учиться, а работать не имеешь права. Но я схитрила — использовала номер социального страхования, который мне дали, когда я работала в Мэриленде по программе Work and travel (выдается всем студентам, приезжающим в США по этой программе, чтобы они могли платить налоги — прим. «Медузы»). Владельцы ресторана тоже схитрили — зная, что за нелегального работника их могут серьезно оштрафовать, они платили мне 300 долларов в неделю. Для Нью-Йорка это копейки.

Помню, как смотрела на людей, покупающих в Starbucks латте за 4 доллара, и не понимала, как можно выбрасывать такие деньги. Через 7 месяцев меня мягко попросили — сказали, что дольше работать с нелегалом не смогут. Я перешла в ирландский паб, где столкнулась с харрасментом — ко мне приставал пожилой босс-ирландец, а когда я отказывала, мстил: было уже лето, и он мог заставить меня стоять на улице, под солнцем весь день, без тени. Следующие работодатели — владельцы шашлычной в Квинсе — мне просто не платили: я получала только чаевые. Соответственно, если клиентов не было или никто не оставлял на чай, я, проведя на работе с 11 утра до 12 ночи, не получала ничего. Мои работодатели знали, что деваться мне некуда — собственно, у них работали только такие как я: то есть те, кому легально работать было нельзя.

Так прошло два года. Я меняла работы, понимала, что мне нужна грин-карта, но не знала, как ее получить. Попросить убежище? Но от чего? В России у меня все было хорошо, а врать и наговаривать не хотелось. Рабочая виза? Тоже нет, нужно было быть ценным специалистом — например, ученым или айтишником, а не экономистом, как я, которым может быть каждый второй в Нью-Йорке. Выйти замуж я всегда мечтала по любви и на всю жизнь.

Мечта частично сбылась — я встретила парня, американца колумбийского происхождения, через два месяца он сделал мне предложение, мы поженились, и через год я отправила документы на изменение статуса. Мы сходили на интервью — американские власти лояльно отнеслись к тому, что я работала нелегально, потому что все это время я платила налоги. А еще через два месяца муж избил меня так, что я подала на него заявление в полицию и развелась. Это сильно осложнило жизнь: для того, чтобы получить грин-карту, нужно быть в браке два года. Мне пришлось начать новый кейс: уже в качестве жертвы домашнего насилия. Адвокат обошелся в 10 тысяч долларов, а ждать пришлось следующие два года — к счастью, часть денег дали родители, часть скопила сама.

Я решила изменить профессию — в России я работала мерчендайзером, но мне всегда нравился макияж, я любила красить подруг. Увидела в сети, что в дьюти-фри аэропорта JFK требуется визажист — и решила попробовать. Меня взяли, в основном, потому, что я говорю на трех языках: английском, русском и китайском. Но я постоянно тренировалась в макияже — на работе красила клиентов и коллег, а дома — подруг и себя. Конечно, этого было мало, но когда друг прислал мне объявление о том, что в Chanel в универмаг Блумингдейлс требуются визажисты, я решила попробовать. Готовилась без устали: смотрела на Youtube видео  по нескольку часов, повторяла, смотрела, повторяла снова. Моя бизнес-менеджер потом рассказывала, что на интервью ее поразило мое бесстрашие — почти без опыта, я так хотела получить эту работу, что меня взяли. Собеседования длились четыре месяца — меня проверяла служба безопасности, но документы были уже в порядке.

Сейчас я живу в Аппер Ист-сайде в двухкомнатной квартире, одну из комнат иногда сдаю на Airbnb — это помогает платить аренду и оплачивать учебу: я снова решила изменить профессию и стала студентом школы здорового питания Integrative Nutrition. Я не думаю, что вернусь в Россию. Там человек, попавший в плохие обстоятельства не по своей вине и не имеющий связей и сил постоять за себя, может просто исчезнуть с лица земли. Здесь, когда мой муж избил меня, он был американцем, а я — никем, но закон встал на мою сторону. Ему запретили приближаться ко мне, а я год бесплатно ходила к психологу и восстанавливалась. В России у меня родные и друзья, я по ним очень скучаю, но чувство безопасности важнее этого. Важнее всего.

В 2016 году 3 529 россиян получили иммиграционные визы в США. Неиммиграционных виз — туристических, студенческих, рабочих — было выдано в 38 раз раз больше: их получили 136 665 россиян. При этом в 2017 году россияне получили больше отказов в туристических визах в 2017 фискальном году, по сравнению с предыдущим. Об этом заявил Госдепартамент США, обнародовав новую статистику.  Напомним, что между Россией и США происходит взаимное сокращение дипломатических […]

Иностранные граждане, находящиеся на территории Соединенных Штатов Америки на законных основаниях, имеют один из двух доступных статусов: иммиграционный или неиммиграционный. Туристические визы относятся ко второй категории. Все время, начиная от момента получения визы и до завершения путешествия, гражданин находится в США легально.

Очевидно, что многие путешественники после ознакомления с местным укладом жизни желают остаться за границей на постоянной основе. Сделать это не так просто, но возможно. Рекомендуется не менять миграционный статус сразу после пересечения государственной границы – это может вызвать определенные подозрения.

Для понимания характерных нюансов того, как легализоваться в США по туристической визе, нужно в обязательном порядке ознакомиться с возможностями, с порядком продления пребывания, с особенностями изменения статуса на учебный, с запросом политического убежища, а также с оформлением брака.

Возможно ли это

Заинтересованные лица могут посетить США в самом разнообразном качестве. Каждый выбирает наиболее выгодный для себя вариант визы, который целесообразнее получить в зависимости от конкретной ситуации.

В подавляющем большинстве случаев не имеет значения, какой именно визовый пропуск вклеивается в заграничный паспорт. Важно только то, что любая виза может быть изменена на другой вид.

Другими словами, после прилета в Америку допускается практически моментальное изменение статуса пребывания. Многие совершают ошибку, связанную с мнением о том, что в определенный день все же придется покинуть иностранное государство и вернуться на родину в результате депортации. Это не случится, если гражданин будет получать новую визу в установленном порядке и в соответствии с миграционными правилами.

Продление пребывания

Совсем немногие знают о том, как остаться в США по туристической визе. Рассматриваемый вид пропуска может быть продлен сам по себе еще на 6 месяцев без необходимости выезда из США. Подавать соответствующее прошение рекомендуется за месяц до окончания путешествия. Желательно предварительно получить консультацию от квалифицированного юриста.

Заинтересованным категориям путешественников нужно предоставить в местную контролирующую инстанцию документ о том, что за ними закрепляется место постоянного трудоустройства в течение всего времени отсутствия на родине.

В тех случаях, когда у соискателя на руках есть бизнес виза категории В-1, которая была открыта для участия в международной конференции и в семинарах, то ему нужно найти деловые встречи, которые в полной мере соответствуют имеющейся специальности. Для более длительного пребывания на американской территории необходимо приложить приглашения с таких встреч к общему пакету требуемой документации.

Что касается классического туристического статуса, то гражданин может после прибытия в США купить тур по штатам и приложить его бумагам при подаче прошения на продление визового пропуска.

Если путешественник отправляется в Соединенные Штаты впервые, то вероятность продления составляет более 80 процентов. Важно только правильно оформить заявительную документацию. Претендент получает решение в течение 3 месяцев. Даже в тех ситуациях, когда у гражданина завершается официальный статус пребывания, нахождение в Америке будет легальным на время ожидания решения.

При отказе у соискателя будет 2 недели для отъезда из страны. Важно помнить о том, что с каждым последующим въездом шанс изменения статуса уменьшается.

Изменяем визовый статус на учебный

При изменении туристического статуса визы на учебный допускается пребывание в США на срок до 5 лет. Единственный минус заключается в том, что заинтересованному лицу придется в действительности получать образование и платить за учебу. Можно поступить на языковые курсы примерно за 10 000 долларов в год.

В большинстве случаев изменение статуса происходит при непосредственном содействии руководства выбранного колледжа или школы. Помимо прочего, рассматриваемый способ позволяет дополнительно увеличить законное время пребывания благодаря получению одного года для официальной работы. В дальнейшем документ может быть продлен неограниченное количество раз.

Иностранные студенты в США могут легально работать во время обучения. Это является неплохим подспорьем из-за того, что обучение зачастую платное, а рассчитывать на получение стипендии, например по программе Фулбрайт, может далеко не каждый.

Процедура смены статуса занимает до двух месяцев. Привлекать к процессу адвокатов не обязательно. Если человек учится по программе академического обмена, то ему выдается соответствующая виза сразу.

Стоит помнить о том, что смена статуса туристической визы внутри США практически исключает выезд на территорию Российской Федерации в течение обучения. Это обуславливается тем, что учебный статус при таком раскладе будет аннулирован в автоматическом порядке.

Как остаться в США по туристической визе оформив брак

В случае заключения брака с гражданином Соединенных Штатов Америки в течение 2 месяцев будет выдана временная Зеленая Карта, которая после истечения 24 месяцев приобретет постоянный статус. Такие временные рамки отводятся для проверки искренности намерений молодоженов.

Статистика гласит, что очень многие люди зарабатывают на регистрации фиктивных браков, предлагая себя в качестве мужа или жены. Важно подходить к выбору партнера с особенной осторожностью, так как встречаются ситуации, когда граждане иностранных государств сталкиваются с шантажом, в результате чего приходится оплатить большую сумму средств.

При раскрытии правды местному гражданину может грозить судебное разбирательство и судебное заключение. Что касается гражданина Российской Федерации, то он будет незамедлительно депортирован на родину с учетом наложения запрета на въезд в США до конца жизни.

Всем без исключения претендентам необходимо пройти совместное интервью у миграционного офицера США. Вопросы бывают весьма интересными и неординарными, но чаще всего носят бытовую окраску. Все напрямую зависит от опрашивающей стороны. Представители местных миграционных органов являются квалифицированными психологами, в результате чего их очень сложно обмануть.

В любом случае, такая возможность переезда существует без обхода действующего миграционного законодательства. Наиболее часто встречаются отказы в изменении статуса визы, если ранее близкие родственники претендента заключали фиктивные браки для получения вида на жительство.

Политическое убежище

В 2019 году получение политического убежища является самым распространенным способом изменения статуса туристической визы. Оформление защиты от Правительства Соединенных Штатов является достаточно долгосрочным процессом.

Преимущество такой процедуры заключается в том, что заинтересованный гражданин может получить разрешение на трудоустройство и индивидуальный номер социального страхования после 6 месяцев ожидания соответствующего решения.

Местные власти имеют представление о том, что иностранные граждане часто устраиваются на нелегальную работу, что не приносит доход в региональный или национальный бюджет.

Фактически соискатели становятся обладателями такого же набора прав, как и держатели Зеленой Карты. В любом случае, при возникновении подобной ситуации, гражданин становится налоговым резидентом США, в результате чего он обязуется выплачивать соответствующие сборы.

Самым неприятным моментом является необходимость прохождения специального собеседования. Цель мигранта – доказать факт того, что его права на самом деле ущемлялись на родине. Если офицер доверяет предоставленным сведениям, то сначала гражданину будет выдана так называемая белая карта. В противном случае дело перенаправляется в суды Штата.

Обычное нежелание возвращения на территорию Российской Федерации не является объективной причиной, в соответствии с которой может быть выдано политическое убежище. Именно поэтому многие люди идут на хитрости и предоставляют заведомо недостоверную и даже опорочивающую информацию о своем близком окружении.

Это может привести к последствиям с физической или с моральной точек зрения. Тем, кто выбирает рассматриваемый способ иммиграции, рекомендуется нанять хорошего адвоката для минимизации самых разнообразных рисков в будущем.

Оформить 

бизнес виза в Чехию

 можно при наличии достаточной суммы на счету.

Типы виз в Китай перечислены далее.

Как самостоятельно собрать документы для визы в Чехию в 2019 году — смотрите тут.

kostner.ru

5 историй иммигрантов, которые остались в США по туристической визе - Наши в США

Многие люди на протяжении многих лет лелеют мечты о переезде в Соединенные Штаты. Но возможностей получить иммиграционные визы крайне мало, поэтому самые настойчивые пытаются искать другие способы и возможности обосноваться в США. Некоторые выбрали путь уехать по туристическим или студенческим визам.

Светлана

losangeles.zagranitsa.com

Подготавливая документы для программы Work and Travel, девушка даже не предполагала, что останется в США на целых 10 лет. Светлана ехала в Штаты с целью подтянуть знания английского языка и немного подзаработать. Но благоприятное впечатление о страны было настолько сильным, что внезапно Светлана поняла, что хочет остаться здесь жить.

Но возник резонный вопрос – как стать постоянным резидентом США. Ведь замена студенческой визы стоит немалых денег, которыми девушка на тот момент не располагала, для прошения политического убежища не было оснований, а судьбу свою среди американцев девушка пока что не встретила, поэтому перспектива получить гражданство через брак тоже была недоступна. Единственный выход был поменять студенческую визу на туристическую.

losangeles.zagranitsa.com

Светлана оказалась рисковой девушкой, и по истечении срока визы, без перспектив на работу, решила отправиться жить в Чикаго. Через интернет она познакомилась с парнями из Карачево-Черкессии, которые предложили остановиться у них. Светлана с подругой согласились, решив таким образом квартирный вопрос. Следующим шагом, который предприняли россиянки, стало оформление ID на 4 года. Хоть Светлана оставалась в статусе нелегалки, налоги все же вычитывались из ее зарплаты официантки.

Светлане улыбнулась удача – в США она нашла свою любовь. Избранник девушки был родом из Болгарии, а на территорию Штатов попал, выиграв грин-карту. После свадьбы пара подождала полгода, пока муж получил гражданство, а затем и девушка подала свои документы, и через 5 месяцев получила заветную грин-карту.

Иван Петров (имя и фамилия изменены)

Еще один русский иммигрант, пожелавший остаться анонимным, выбрал не самый простой и довольно-таки дорогостоящий способ остаться в США.

Иван приехал в Штаты по туристической визе, но когда приблизился срок вылетать домой, мужчина понял, что хочет остаться здесь навсегда. Желание легализироваться было настолько сильным, что Иван начал рассматривать все способы осуществить свою мечту, даже если варианты были не совсем законными. В конечном итоге, он остановил свой выбор на фиктивном браке.

Иван занялся поисками будущей жены – американки, которая бы согласилась на эту авантюру за денежное вознаграждение. Обычно, женщины и девушки из благополучных семей не занимаются таким видом заработка, поэтому вполне логично, что в качестве супруги Ивану достался далеко не подарок.

Женой мужчины стала мулатка, вся семья которой жила на социальное обеспечение в штате Висконсин. Иван заключил с женщиной контракт на $10 тысяч, но, как позже обнаружил русский мигрант, на этом его капиталовложения в «жену» не закончились. На протяжение нескольких лет он оплачивал ее образование, медицинскую страховку и даже кредит за автомобиль, которым пользовалась супруга. Вся авантюра вышла мужчине порядка $30 тысяч.

Неизвестно, как долго бы продолжалась эта выкачка денег из Петрова, но женщина забеременела и родила ребенка от своего парня, тем самым фиктивная жена дала Ивану отличный повод развестись с ней сразу же после получения грин-карты, аргументируя разрыв ее супружеской неверностью.

Если бы мужчина потерпел еще год, то смог бы подавать документы на гражданство. Но неизвестно, в какую круглую сумму ему обошлись бы еще 12 месяцев проживания с «женой». Хоть срок ожидания натурализации увеличился еще на год, мужчина все же несказанно рад, что наконец-то избавился от такой обузы. И хоть его метод сработал – приехав по турвизе, Иван все-таки стал обладателем грин-карты – фиктивный брак это не самый лучший способ остаться в США, который помимо всего прочего, может закрыть вам въезд в Америку навсегда.

Александр Смирнов

У Александра не было намерений переезжать в США, его вполне устраивала жизнь в России. Возможно, Смирнов никогда бы и не стал иммигрантом, если бы не его решение открыто признаться в своей нетрадиционной ориентации. Отношение к сексуальным меньшинствам в России еще не достигло достаточного уровня лояльности, поэтому вполне закономерно, что после своего заявления Александру Смирнову пришлось столкнуться с рядом определенных проблем.

Прежде всего, поступило неприятное предложение (которое по факту являлось приказом в ультимативной форме) уволиться по собственному желанию из пресс-службы  по градостроительной политике и строительству под эгидой заместителя мэра Москвы.

Смирнов решил продать квартиру – хрущевку, доставшуюся в наследство от бабушки – иммигрировать в Штаты, где уже жили его хорошие знакомые.

Александр вместе с матерью оформил туристические визы, так как Смирнов решил въехать в Штаты в статусе туриста, и уже находясь на американской территории, подать прошение об убежище.

Во время действия туристической визы Александр не только получал новые впечатления от Штатов, он усиленно учил язык и изучал город. После отъезда мамы в Россию, Смирнов нашел адвокатов, которые предлагали бесплатную юридическую помощь. Мужчина также подготовил доказательства того, что в оставаться в родной стране ему небезопасно.

Документы были поданы в 2015 году, и до сих пор Смирнов ждет своего интервью. Такое долгое ожидание не слишком удивительно, принимая в учет огромное количество заявок, ожидающих рассмотрения.

Прошло 9 месяцев после подачи прошения, и Александру выдали разрешение на работу. Смирнов нашел место сортировщика орехов в одном магазине, после была работа продавцом салата и рыбы. Александру нравится трудиться в магазине, к тому же большинство покупателей – русскоговорящие жители.

Смирнов доволен тем, как складывается его жизнь в Штатах, но самым огромным плюсом выделяет то, что теперь ему больше не нужно врать и скрывать свои предпочтения.

Яна Петрова (имя и фамилия изменены)

Яна проживала в Петербурге, где работала в крупном издательстве директором по распространению. Девушка поехала в Нью-Йорк в гости к своей однокласснице, цели остаться в США навсегда у Яны не было, но в гостях у подруги россиянка познакомилась с Эваном. Отношения развивались стремительно. Парень познакомил свою избранницу с родителями и даже пригласил погостить в своем доме в Колорадо. И со временем Яна поняла, что не хочет расставаться с Эваном и покидать полюбившиеся ей за два года Соединенные Штаты.

Пара поженилась в Колорадо и после свадьбы начался процесс сбора документов для Яны. Но американская сказка постепенно начала рушиться из-за быта и рутины. Девушка тяготилась бездельем, поэтому стала слишком активно вести домашнее хозяйство – даже занялась огородными работами. Американского мужа раздражала такая бурная деятельность. К тому же интернациональная супружеская пара не могла прийти к согласию из-за языкового барьера. Окончательной точкой в браке стало то, что молодой мужчина ввязался в финансовую авантюру, из-за которой лишился работы и сбережений. С Эваном случился нервный срыв, и он начал поговаривать о суициде. Яна не выдержала и уехала в Нью-Йорк. На тот момент девушка уже владела грин-картой и хорошо знала английский язык.

Первым делом Яна стала искать работу, рассылая резюме по всем подходящим вакансиям. В конечном итоге русская иммигрантка нашла место администратора в коворкинге WeWork. Через полгода ее повысили до управляющего, проработав в этой должности месяц, Яна перешла в строительную компанию, которая производит и устанавливает воздуховоды в небоскребах. Разбираться в чертежах Яне было несложно, так как ранее она окончила физико-математическую школу.

Сейчас Яна работает операционным директором, ее основные обязанности – управление производством. Русской иммигрантке 42 года, у нее нет детей и она не замужем, ее происхождение выдает акцент, от которого Яна не смогла избавиться даже за шесть лет проживания в Штатах, однако эти факторы ни у кого не вызывают здесь удивления, и Яна чувствует себя вполне комфортно.

Алена Шарандак

Алена попала в Штаты по программе Work and Travel. В небольшом городке Оушен-Сити, штат Мэриленд, девушка три месяца работала поваром. Мэриленд не слишком впечатлил Алену, поэтому особого желания оставаться в Штатах поначалу не было. Поворотным решением в жизни иммигрантки стал отдых в Нью-Йорке, куда девушка отправилась перед отъездом домой, чтобы как следует поразвлечься. Город просто поразил Алену, именно в Нью-Йорке россиянка решила, во что бы то ни стало обязательно вернуться.

Приехав в Россию, Алена не стала откладывать решение в долгий ящик и сразу же взялась за дело. В августе 2011 года она выбрала школу по изучению английского языка и подала документы на студенческую визу, ждать пришлось недолго – уже в октябре Алена вновь ступила на американскую землю. С двумя новыми подругами иммигрантка сняла квартиру на Брайтон Бич, перевелась в менее дорогую школу и устроилась хостес в манхэттенский ресторан с зарплатой $300 в неделю. Для того, чтобы получить работу, пришлось немного обвести систему вокруг пальца, ведь приехавшим по студенческим визам не положено разрешение на работу. Чтобы получить место, Алена использовала номер социального страхования, который был выдан ей в Мэриленде.

Целых два года Алена работала в различных местах, находясь в статусе нелегального мигранта. А потом произошла встреча с будущим мужем. Через год после бракосочетания, девушка подала документы на получение гражданства. Во время интервью американские власти не слишком сурово отнеслись к статусу нелегалки, так как все это время Алена добросовестно платила налоги.

Но история, которая начиналась так радужно, внезапно окончилась семейным насилием – через два месяца муж сильно избил Алену, и девушка незамедлительно развелась, так и не дождавшись получения грин-карты. Но нет худа без добра, и россиянка начала процесс получения статуса уже в качестве жертвы домашнего насилия. Оплатив $10 тысяч и прождав два года, Алена наконец-то добилась желаемого и стала проживать в Штатах уже легально.

Следом пришло решение сменить профессию. Алена выучилась на визажиста и устроилась на работу в универмаге Блумингдейлс. Сейчас девушка работает, живет в престижном районе в двухкомнатной квартире, одну комнату сдает, чтобы подтянуть оплачивать учебу. Несмотря на прошлые трудности и неудачи в иммиграции, девушка вовсе не планирует возвращаться на Родину.

По материалам: Медуза, ЗаграNица, Пикабу

nashiusa.com


Смотрите также