Охота на ведьм в сша


Издательский дом Коммерсантъ

Маккартизм получил свое название от фамилии Джозефа Маккарти (на фото), который был сенатором США от штата Висконсин в 1947-1957 годах и выступал в качестве главного борца с «красной угрозой»

Фото: AP / Herbert K. White

После Второй Мировой войны США опасались того, что коммунизм может получить мировое господство, так как часть европейских государств уже находилась под влиянием идеологии. Опасаясь распространения этих взглядов, в 1947 году 33-й президент США Гарри Трумэн приказал провести проверку всех государственных служащихНа фото: суд над шпионкой Элизабет Бентли, который положил начало начало «охоте на коммунистов» в США

Фото: AP

9 февраля 1950 года сенатор Джозеф Маккарти (на фото) начал борьбу против коммунизма, выступив с речью, в которой причислил более 200 сотрудников Госдепартамента к Компартии. Спустя некоторое время этот список пополнили уже 3 тыс. американских чиновников

Фото: AP / Herbert K. White

В течение несколько лет маккартизм распространился на все сферы жизни американского общества. Только за первые месяцы были уволены около 800 человек, еще 600 ушли в отставку сами, не дожидаясь никаких решений. Помимо государственных служащих, «чистке» подверглись и многие знаменитые прогрессивные деятели, значительная часть которых также была уволена, осуждена или занесена в «черные списки»На фото: члены «голливудской десятки», обвиненные в антиамериканской деятельности

Фото: AP

Один из вышеописанных случаев: в 1953 году американская корпорация General Electric объявила об увольнении всех сотрудников-коммунистов

Фото: Library of Virginia

В те годы на скамье подсудимых побывало около 140 коммунистов, десятки деятелей профсоюза, многие ученые, такие как Роберт Оппенгеймер (на фото), Уильям Дюбуа, режиссеры, актеры и другие представители Голливуда и культурной элиты страны — «голливудская десятка»

Фото: AP / Eddie Adams

Согласно «Акту 1954 года о контроле над коммунистами», Коммунистическая партия была объявлена незаконной и лишена всех прав и привилегий, которые были у остальных партий. Кроме того, коммунистам было запрещено получать заграничный паспортНа фото: голливудские сценаристы Далтон Трамбо (слева) и Джон Говард Лоусон перед дачей показаний

Фото: AP

В Конгрессе и в правительстве США в период возвышения Маккарти предпочитали с ним не спорить. Даже будущий президент США Дуайт Эйзенхауэр (на фото), выступая в 1952 году, говорил о своей общности интересов с сенатором

Фото: AP

Позже Маккарти (на фото) стал главой сенатской подкомиссии по расследованиям. Совместно с Комитетом по антиамериканской деятельности представителей Конгресса США и ФБР, а также имея поддержку вице‑президента Ричарда Никсона, он занимался проверкой личного состава правительственных учреждений и многочисленных свидетельств о предполагаемых связях чиновников с коммунистами

Фото: AP

Сенатор Маккарти выступал за усиление холодной войны, принятие антидемократического и антирабочего законодательства, разжигание военной и антикоммунистической истерии. В 1954 году, когда слушания в Конгрессе стали транслироваться по общенациональному телевидению, стало очевидно, что деятельность Маккарти дискредитирует высшие государственные органы СШАНа фото: сценаристов Джона Говарда Лоусона (слева) и Далтонп Трамбо этапируют в тюрьму

Фото: AP

В 1955 году Маккарти внес свою последнюю резолюцию в Сенат, которая была отклонена 77 голосами против четырех. Такой неожиданный поворот событий очень сильно повлиял на сенатора, который стал много пить, что привело к смерти от гепатита в 1957 году

Фото: AP

www.kommersant.ru

Сейлемская охота на ведьм - История США

Круглова И.

Сейлемская охота на ведьм – один из примеров кровавых и необъяснимых явлений в американской истории.

Единственной возможностью для пуритан сохранить свое вероисповедание был переезд в Америку. Новая Англия была приютом для тех, кто стремился исповедовать свою веру, не опасаясь преследований со стороны англиканской церкви. Поэтому жителям был важен свой уклад, нравственные нормы, чистота души. Связь с дьявольскими силами рассматривалась как тягчайшее преступление, нарушение не только человеческих законов, но Божьих. Тех, кого обвиняли в колдовстве, приговаривали к повешению.

В январе 1692 года с девятилетней дочерью пастора Сейлема Сэмюэла Пэрриса стали происходить припадки, которые вскоре «передались» племяннице пастора, двумя годами старше. Девочки, Бетти и Абигейл (Abigail), подолгу бились в судорогах, что-то выкрикивая, плача или смеясь. У их двенадцатилетней подружки Энн Потнем появились те же симптомы. Неизвестно, что стало причиной такого поведения девочек. Существует много версий. Например, девочки могли страдать подростковой истерией или отравиться спорыньей. Жители подумали, что причиной болезни явилось колдовство. Девочки в судорогах выкрикивали имена. Этих людей затем объявляли ведьмами. Девочек даже стали вывозить в соседние городки для выявления ведьм.

На судах выслушивали показания свидетелей без проверки на достоверность. Когда свидетели бились в конвульсиях на суде, утверждалось, что нечистая сила одолевает их, так что они не могут дать показания. Свои мучения они приписывали подсудимому. Таким образом, над всеми жителями округи нависла угроза обвинений в колдовстве со стороны их недоброжелателей. Казалось, что единственным способом избежать этого было присоединение к толпе обвинителей.

Интересен факт, что обвиняли часто богатых жителей. Например, богатого офицера в отставке Джона Олдена и владельца четырнадцати домов, двадцати кораблей и морской пристани Филиппа Инглиша. После процесса их имущество было конфисковано. Таким образом, в происходящем заметна и экономическая подоплека.

За время, в течение которого длилась «сейлемская истерия», погибло 24 человека. Девятнадцать из них были повешены. Некоторые умерли в тюрьме. Один фермер Джайлс Кори, отказавшийся отвечать на вопросы суда, умер от пыток (груз продавил грудную клетку).

Памятная доска на месте здания суда

Сохранилось 552 документа, относящиеся к судебным процессам. Они были сохранены и сейчас находятся в музее Пибоди Эссекс (Peabody Essex Museum).

Вопрос о том, где были захоронены казненные, остается открытым. Тех, кого казнили за связи с дьяволом, запрещалось хоронить на святой земле кладбищ, поэтому семьям было разрешено забирать тела своих близких и хоронить без участия церкви. В 1992 году, 300 лет спустя, был воздвигнут памятник жертвам сейлемской охоты на ведьм.

В городе существует музей. Регулярно проводятся экскурсии. Это фотография дома, прозванного ведьминым, он тоже является местом экскурсий.

Источники:

ushistory.ru

Американская «охота на ведьм» - от маккартизма к «маккейнизму»

Фото из открытых источников

Известные всем и каждому слова мудрого библейского царя о том, что нет в мире ничего нового и все, что происходит с нами, уже было когда-то, к мировой политике применимы в самой полной мере. К такому ее аспекту, как российско-американские отношения – в том числе.

Прекрасным подтверждением тому служит высказывание нынешнего президента США, Дональда Трампа, назвавшего расследование «российского вмешательства» в его собственный выборы «сфабрикованной охотой на ведьм», которая «позорит Америку». Понятно, что в данном случае глава Белого Дома в виду имел вовсе не печально известные Салемские процессы 17 века, (тоже , кстати, Америке  чести не делающие), а нечто совсем другое.

Речь в данном случае о мрачном времени в истории США, получившем известность как  «период маккартизма» - по имени американского сенатора, стоявшего у истоков событий, которые сегодня  там вспоминают с ужасом и отвращением. А лежала в основе процессов, которые некоторые историки называют не иначе, как наибольшим коллективным безумием Америки, вся та же русофобия, правда, в несколько другой упаковке – воинствующего антикоммунизма.

Надо сказать, что орган по  преследованию инакомыслящих,  наиболее опасными  среди которых считались люди, придерживающиеся левых взглядов – так называемая Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности, был создан в Конгрессе США еще в 1936 году. Так уж вышло, что сперва развернуться, как следует, у нее не получалось, а потом, с началом Второй мировой войны пришлось переключиться на нацистских агентов. Правда, как раз в разоблачении таковых Комиссия не преуспела. Зато после окончания войны, в 1947 году с громадным энтузиазмом взялась за политическую «чистку» Голливуда.

Десять кинематографистов отказавшиеся устраивать перед Комиссией сеанс публичного морального стриптиза и покаяния непонятно в чем, отправились на годик за решетку – подумать об ошибочности своего поведения. В историю они вошли под именем «голливудской десятки». «Под раздачу» борьбы с коммунистами на экране угодил сам великий Чарли Чаплин, действительно, бывший ярым антифашистом и имевший левые взгляды. Его «борцы с коммунизмом», фактически, выжили из США.

После погрома Голливуда конгрессмены несколько унялись – «настоящих буйных» не было, не хватало вожака, да и тема «красной угрозы» как-то приелась обществу. Настоящий триумф мракобесов наступил в США в 1950 году… Надо отметить, что тому способствовала целая цепь событий – от установления власти компартии в Китае, до превращения всей Восточной Европы в единый социалистический лагерь. Да, вдобавок, русские еще и объявили об успешном испытании ядерной бомбы, «помножив на ноль» надежды и планы американцев, уверенных в собственном абсолютном военном превосходстве над всеми в мире.

Главное же – у безумцев, вопивших «русские идут!», появился Лидер. Именно так – с большой буквы…  9 февраля 1950 года, выступая в женском клубе в Вирджинии, никому, практически не известный сенатор Джозеф Маккарти, поверг Америку в шок и трепет. Оказывается, едва ли не всем в стране заправляют «клятые коммуняки», как явные, так и тайные! Маккарти заявил, что у него имеется список из 205 имен сотрудников не какой-то там захудалой конторы, а (страшно сказать!) Государственного департамента США, которые являются стопроцентными коммунистами!

Маккарти не жалел красок (в основном- красной и черной), расписывая нависшую над страной и нацией смертельную угрозу. Коммунисты, русские,  и их агенты проникли всюду! Они – везде! Они, гады, «рулят» Америкой, ведя ее к полному краху и все, что бы и где бы не случилось плохого – это их козни и их вина. Если  «красных» и русских не остановить сегодня, завтра будет поздно! Америка услышала своего самозваного «спасителя». Самое страшное – она ему поверила! И понеслось…

Надо сказать, что  все обвинения, выдвигаемые Маккарти были выдержаны в лучших традициях «расследований антиамерикаснких заговоров» - они были общими, голословными и ничем абсолютно не подтвержденными. Сам «разоблачитель» отчаянно путался в показаниях – то у него получалось, что в Госдепе засели сотни «агентов Кремля», то – всего несколько человек. Источники информации называть он отказывался наотрез, туманно ссылаясь на неких «американских патриотов». Не правда ли, знакомо до дрожи?! Единственное, до чего буйствующий сенатор не дошел, так это до объявления «ставленником Москвы» тогдашнего президента США Гарри Трумэна. Отношения у них, правда, складывались примерно как у кошки с собакой, но вовсе не из-за симпатий Трумэна к коммунистам или русским. Просто президент был демократом, а Маккарти – республиканцем. Да и вообще сенатор раздражал своей крикливой наглостью на грани помешательства всех – не только Трумэна.

Тем не менее, заткнуть рот Маккарти не удалось никому. Более того – он и его шизофренические идеи набирали все большую популярность, как говорится, «овладевая массами».  Неистовые оратор и скандалист, подогревая себя изрядными порциями виски, в пух и прах разносил тогдашнюю администрацию страны, называя затянувшуюся эру демократов в Белом доме «20 годами измены». Дошло до того, что ему удалось выдавить в отставку министра обороны, бывшего госсекретаря США Маршалла. Да, да – того самого, по чьему плану «восстанавливали» Европу. Неудивительно, что следующим хозяином Белого Дома стал республиканец – отрицать заслугу в этом Маккарти и его клевретов, буквально смешавших своих политических оппонентов сами понимаете, с чем, было бы глупо.

Период президентства Дуайта Эйзенхауэра стал пиком триумфа для Маккарти и маккартизма. Вот тут он и его команда разошлись уже, что называется, по-полной. Преследование всех, заподозренных в малейшей симпатии к русским и коммунистам приобрело невиданные масштабы – достаточно упомянуть, что его жертвами стали «отец американской атомной бомбы» Роберт Оппенгеймер и даже сам Альберт Энштейн. Расправы над неугодными журналистами и СМИ, настоящий погром библиотек, откуда были изъяты и сожжены тысячи изданий «неправильного содержания»…. Все это было!

К 1953 году маккартисты контролировали массу комиссий Сената по различным расследованиям и даже  - по правительственным операциям. «Чистки» начались уже в госаппарате. Сотни людей были уволены по вздорным обвинениям, еще сотни уволились сами, не дожидаясь публичной порки. Были приняты законодательные акты, которые сложно назвать иначе, кроме как фашистскими – они, фактически, ставили в кичащихся своей демократией США вне закона коммунистическую партию и давали  возможность репрессировать любого сторонника левых идей или просто противника войны.  Венцом всего этого безумия было создание Управления по контролю за подрывной деятельностью - эдакого гестапо по-американски.

А Маккарти уже присматривался к новым целям. Эйзенхауэр в роли президента его  с некоторых пор тоже не устраивал. Мало того, никак не желающий останавливаться сенатор замахнулся на армию США и ЦРУ, углядев коммунистов и «русских агентов» и там! Собственно,  именно  тут он совершил свою последнюю и самую большую ошибку – не стоит пытаться вцепиться в кусок, настолько превышающий ширину рта… В августе 1954 года Сенат создал комитет, который занялся расследованием делишек уже самого Маккарти – и это стало его концом. Подвергнутый официальному осуждению за «недостойное поведение» и не просто сомнительные, а откровенно грязные методы в своих «расследованиях», сенатор не просто утратил влияние и популярность – за считанные дни он превратился в парию, в изгоя.  

Что характерно, последней резолюцией, внесенной Маккарти на рассмотрение Сената (и с треском провалившейся) было требование о немедленном насильственном изменении государственного строя во всех странах, которые пошли по пути социализма. Дальше ехать было некуда… Брошенный и оплеванный всеми, Маккарти окончательно спился и умер в 1957 году от гепатита чуть ли не под забором.

После этого, честное слово так и напрашивается фраза: «Таков был конец маккартизма!» Так ведь нет… У каждого времени находятся свои «герои». Такое впечатление, что некоторые представители политической нечисти упорно не делают лежать в могиле Истории, раз за разом выползая оттуда, чтобы снова портить жизнь людям. Джозеф Маккарти получил «реинкарнцию» в лице своего коллеги Джона Маккейна. Нет, ей-Богу, аж жуть берет – даже имена этих деятелей созвучны.  Оба - сенаторы США, оба – республиканцы. И тот, и другой – «герои войны». Правда, герои, скажем так, с изъяном – Маккарти приписывал себе несуществующие подвиги и награды, а Маккейн большую часть «боевого пути» просидел в плену…

Главное, что объединяет этих двух персонажей – яростная русофобия, доходящая до настоящего умопомешательства. И твердое намерение разрушать  все в собственной стране, чтобы «насолить Кремлю». Маккартизм возник и набрал силу не на пустом месте и не за один день. Сегодня мы наблюдаем его триумфальное возрождение в Америке. Судя по высказыванию Дональда Трампа, он это понимает прекрасно. У одного президента не хватило сил остановить Маккарти, второй избавился от него только тогда, когда русофоб и антикоммунист превратился для него в реальную угрозу. Нынешнему лидеру Америки самое время делать выводы и принимать меры. Иначе – США ждут новые инквизиционные комиссии, политические  чистки,  и  все остальные «прелести» развязанной Маккейном и прочими последователями Маккарти новой «охоты на ведьм». 

Александр Неукропный специально для Planet Today   

planet-today.ru

Как начиналась «красная истерия». Охота на ведьм в США

1947 год — мрачная дата в истории Голливуда и послевоенной Америки. В этом году началась «охота на ведьм» — кампания чисток и гонений на инакомыслящих, достигшая своего пика при сенаторе Маккарти и продолжавшаяся до начала шестидесятых годов.

Разобраться с левеющими творцами и обществом хотели давно. В 1934 году, почти сразу после начала реформ Рузвельта, была создана Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности. Она долго дремала, но в 1939 году резко проснулась и стала рычать. Она обрушилась на деятелей культуры, видя в них красную агентуру, но тогда добилась немногого — перепугала нескольких кинозвёзд, включая малышку Тэмпл, и закрыла Федеральный театральный проект. Он был частью программы по ликвидации безработицы среди творческой интеллигенции, но раздражал, конечно, не этим. Проект копировал советский опыт развития театров и создания особой атмосферы на представлениях, призванной сближать творческую интеллигенцию и рабочих.В 1941 году комиссия, вполне готовая рвать и метать, впала в вынужденное бездействие. Рузвельт не позволил бобикам олигархии взвинтить «красную истерию». Разгоралась мировая война, и коммунисты, по выражению Фрица Ланга, казались единственной силой, противостоящей нацизму.После смерти Рузвельта и падения Рейха, когда многие нацисты были бережно перевезены в США, пришло долгожданное время возмездия. Новая власть радикально отличалась от предыдущей. Она была ставленницей богатейших семейных кланов, ясно осознавших, что солидарное общество представляет для них угрозу. Её бесили окрепшие при Рузвельте профсоюзы и пугала возрастающая популярность компартии, стремящейся отредактировать капитализм. Она видела, что коммунисты и либералы были во многом едины и представляли собой авангард американской интеллигенции.

Гарри Купер перед высокой комиссиейВ таких условиях нельзя было сделать то, чего просила душа, — бросить атомных «толстяков» на русские города и покончить с конкуренцией миропроектов, а заодно — внутренними проблемами. Взрывная волна сдула бы и компартию, и либералов, и ненавистные профсоюзы. Она бы обеспечила элитариям комфортную неофеодальную тишь.Американцы еле переварили атомную бомбардировку Японии, которая крайне слабо, но всё же оправдывалась состоянием войны между странами и отмщением за Пёрл-Харбор. Но атомный удар по России оправдать было невозможно. Страны были братьями по оружию. Ещё недавно по всем экранам шли проникновенные просоветские фильмы. Россия была истерзана Гитлером, и в этой ситуации удар по ней общество бы шокировал.Новой власти нужна была не просто превентивная антикоммунистическая компания, рисующая Россию средоточием зла и чудовищных замыслов. Ей нужна была истерия, да ещё с привлечением вульгарных, невежественных, маниакальных персонажей в качестве инквизиторов. И такая компания была организована. Тот, кто её режиссировал, оказался чертовски умён. Впоследствии, когда безумие кончилось, озлобленные творцы набросились не только на былых инквизиторов, указывая на их качества. Они уже в каждом консерваторе видели держиморду и автоматически становились на сторону тех, кто плыл против течения. Они очень далеко зашли в пропаганде личной свободы, воспевая маргиналов и способствуя превращению общества в слизь.

Джэк Уорнэр проверяет текст стенограммы«Красная истерия» началась с хорошо подготовленной атаки на Голливуд. В мае 1947 года члены Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности встретились с киномагнатами. Они сообщили, что государство резко меняет курс. Все органы массовой информации будут очищены от коммунистов и поставлены под жёсткий контроль. Кинематограф ожидает большая чистка: должны быть уволены не менее трёхсот человек.А в октябре началось. Повестки с вызовом на судилище получили десятки деятелей киноискусства. Под нарастающий вой прессы, сообщавшей о невиданном засилье коммунистов в органах пропаганды, они были допрошены членами Нижней палаты Конгресса. Высокая комиссия поделила свидетелей на «дружественных» и «недружественных», то есть тех, кто согласился сотрудничать, и тех, кто этому воспротивился.Среди «дружественных» оказались Джэк Уорнэр, Луис Майер, Уолт Дисней, Гари Купер, Роберт Тэйлор, Рональд Рэйган.Глав «Уорнэр бразэрс» и «МГМ» терзали вопросами о просоветских картинах «Песнь о России» и «Миссия в Москву». В том, что они вышли на американский экран, комиссия усматривала коммунистический заговор. Продюсеры отбились от обвинений, заявив, что помогали союзнику своей страны в войне с нацизмом. Таков был политический курс, и знать о том, что он в 1947 году изменится, они не могли.

У микрофона Айн РэндУолт Дисней яростно обличал коммунистов, устроивших на его студии забастовку и, по его убеждению, желающих подчинить киноиндустрию Америки, а вовсе не добиться лучших условий труда.Гари Купер заявил, что Маркса не читал, но коммунизм ему не нравится. Он нутром чуял, что в нём нет правды. При этом ни одного «красного» или «розового» Купер не выдал, хотя вокруг него вращалась куча народу, не скрывавшего свои взгляды. Роберт Тэйлор заявил, что снимать «Песнь о России» не следовало и во время съёмок он требовал выбросить из фильма просоветскую пропаганду, однако его не послушали. Он был первым, кто назвал имена «красных» — настучал на своих коллег Говарда де Силву и Карен Морли. Рональд Рэйган заверял конгрессменов в том, что Гильдия киноактёров, в руководство которой он недавно вошёл, — это стальной оплот в борьбе с коммунизмом. Его не просили называть имёна «красных» и «розовых». Комиссия знала, что он был осведомителем ФБР и все имена есть в его донесениях.Лидер профсоюза, опекаемого киномагнатами, Рой Брюэр стал и лидером доносительства. Он назвал десяток имён коммунистов, работающих в кино, а вскоре составил личный список неблагонадёжных из числа пишущей братии (уже на полторы сотни имён) и маниакально рассылал его по редакциям.

Далтон Трамбо с женойУдивительно то, что историки не выделяют показания тогда ещё малоизвестной сценаристки и писательницы Айн Рэнд, приводя их в числе прочих как свидетельство истерии. И вообще не заостряют внимания на этой фигуре. А Рэнд чрезвычайно важна, потому что ровно в то время из неё делали гуру. В 1936 и 1943 годах она опубликовала романы «Мы — живые» и «Источник». Первый был посвящён России как стране, превращённой извергами-большевиками в великое кладбище. А второй проклинал коллективизм и был апологией индивидуализма, «разумного эгоизма». Он конструировал героя нашего времени, свободного человека, живущего для себя и гордо противостоящего тем, кто живёт «во имя».Автор, чьи романы провалились и были холодно встречены критикой, после войны вдруг стал приобретать популярность. Её «Источник» стал хорошо продаваться. Объяснять это «народной молвой», как это делают авторы справочников, значит, сознательно вводить в заблуждение. Такие проекты не раскручивают сами себя.Комиссия вызвала Айн Рэнд как антикоммунистку и свидетельницу красного террора в СССР. Она была родом из Петербурга и целых восемь лет прожила при Советах, что обеспечивало её показаниям особую ценность.Беда была в том, что писательница не могла остановиться и быстро обнаружила, что ей движет ненависть. Начала она хорошо. Рэнд заявила, что снимать фильмы, прославляющие союзника, было нельзя, поскольку нужно всегда говорить только правду. А правда заключается в том, что в Советской России царит абсолютное беззаконие, правительство морит народ голодом, и в результате люди думают только о еде и ни о чём больше. После этого ей нужно было быстренько заложить кого-нибудь и уйти, но она крепко засела у микрофона.

Далтон Трамбо отказывается отвечатьОна заявила, что «Песнь о России» — лживый фильм ещё и потому, что в нём показаны улыбающиеся русские дети. А между тем, русские дети не улыбаются. «Никогда?», — ошеломлённо спросил конгрессмен. «Ну разве что дома, случайно», — ответила свидетельница русского ужаса. «Это меняет моё представление о русских», — произнёс член комиссии.Инквизиторы хотели поблагодарить дамочку и с благодарностью выставить вон. Но её просто распирало от желания, долбанув по «красным», перейти к главному. И она перешла, указав на врага американизма и корень зла — коллективизм.Оказалось, что Рэнд не нравятся не только просоветские фильмы. Ей не нравятся, к примеру, «Лучшие годы нашей жизни», где она видит тот же досадный коллективизм, то же подрывное, антиамериканское желание помочь ближнему. После этого её отогнали от микрофона.Выступление Рэнд красноречиво говорит о том, что зачистка от коммунистов была прелюдией войны с обществом, которое без коллективизма обречено.Из сорока трёх человек, вызванных на допрос в октябре, девятнадцать отказались давать показания. Они сослались на Первую поправку к Конституции США. Она была частью Билля о правах и гарантировала, что Конгресс никогда не посягнёт на свободу слова.

Голливудская десяткаПравовая ситуация была абсолютно нелепа. Людей допрашивали и пытались осудить за выражение своих взглядов, что было даровано Конституцией, и членство в компартии, которая не была запрещена.Отвечать на вопросы комиссии отказались десять человек: пять сценаристов (Далтон Трамбо, Ринг Ларднер-младший, Сэм Орнитц, Лестэр Коул и Джон Лоусон), два писателя (Алва Бэсси и Альберт Мальц), два режиссера (Эдвард Дмитрык и Герберт Биберман) и один продюсер (Адриан Скотт).Поначалу отказался и Бертольд Брехт, в своё время избежавший ареста в Германии, но затем изменил решение. Он сообщил комиссии, что в компартии не состоял, и на следующий день сбежал от греха подальше — во Францию.Некоторые из членов «голливудской десятки» произносили со свидетельской кафедры пламенные обвинения инквизиторам, растоптавшим Билль о правах. Но им быстренько затыкали рот.Осудить отказников было, казалось бы, невозможно, но власть такую возможность нашла. Каждого, кто отказывался отвечать на вопросы комиссии, обвиняли в неуважении к Конгрессу. Верховный суд признал, что в этом есть состав преступления. Всех членов «десятки» приговорили к тюремному заключению.

Марш Комитета по защите Первой поправкиВ Голливуде был оперативно создан Комитет по защите Первой поправки, куда вошли Джон Хьюстон, Уильям Уайлер, Хэмфри Богарт, Лорен Бэколл, Джин Келли и другие звёзды кино. Но всё, что он смог сделать, это пройти немногочисленным маршем перед Белым домом и мемориалом отцам-основателям.В ноябре 1947 года в нью-йоркском отеле «Уолдорф» собрались сорок три киномагната. Они констатировали, что «десятка» причинила огромный вред Голливуду. Было решено, что все её члены увольняются с работы без выплаты компенсаций и заносятся в «чёрные списки», то есть лишаются права работать в кино. И так будет с каждым «красным».Это было только начало. Вскоре «чёрные списки» пополнят сотни имён. Актёры, режиссёры, продюсеры, композиторы, создававшие отличные фильмы, будут вышвыриваться со студий не только за членство в компартии, а за присутствие на коммунистическом митинге, за сомнительное пожертвование, за подпись под обращением, за фразу в давно забытой статье, за оброненное словцо, в котором осведомитель усмотрел пропаганду. Имена уволенных будут вымарываться из титров. Людям будут ломать жизнь, грамотно доводя до отчаяния и заставляя стать стукачами. Десятки покончат жизнь самоубийством или умрут от инфарктов. Но это будет потом.Пока же закончился только первый акт представления.

ИА Regnum

Как начиналась «красная истерия». Охота на ведьм в США

aloban75.livejournal.com


Смотрите также