Навал корабля беззаветного на крейсер сша в черном море


Что такое «навал Богдашина» и что общего у него с нынешними событиями в Черном море. Новости. Первый канал

История, в которой контр-адмирал, тогда капитан второго ранга, Владимир Богдашин принимал самое непосредственное участие, 30 лет назад тоже произошла у берегов Крыма. И тогда мир, и правда, оказался на грани войны, ведь участниками инцидента были советские и американские боевые корабли.

Эти кадры снимали с борта американского крейсера «Йорктаун» – того самого, что в компании эсминца «Кэрон» в феврале 1988 года вошел в Черное море. Советским морякам эта парочка уже была знакома – за два года до того корабли уже видели у берегов СССР. Американцы тогда взяли за правило проверять наших военных на прочность, в 1986 их корабли демонстративно нарушили советскую границу, войдя в наши территориальные воды. Два года спустя их решили встретить, как полагается, но без стрельбы на поражение.

«Тогда применение оружия не считалось целесообразным, потому что могло сорвать тот непростой переговорный процесс, который шел между СССР и США. Поэтому моряками было принято решение без оружия вытеснить американцев из наших территориальных вод», – пояснил Алексей Леонков.

У советских моряков в те годы было правило – сопровождать в Черном море все иностранные суда. Два наших сторожевика встретили американцев у Босфора и следовали за ними несколько дней. Кульминация наступила 12 февраля, когда неподалеку от Севастополя корабли США изменили курс и направились к морской границе СССР.

«Мы идем рядом с «Йорктауном», они у нас на связи. На английском языке мы сообщаем, что этот курс ведет к опасности, отверните на такой курс для того, чтобы обойти территориальные воды. Мы будем принимать все меры по недопущению входа. Они знают об этом. И при подходе они уходят со связи. И не отвечают», – вспомнил командир сторожевого корабля «Беззаветный» Владимир Богдашин.

Позже моряки вспоминали – когда советский сторожевой корабль подошел к «Йорктауну», американцы высыпали наверх – смеясь, глазели на противника, делали снимки. И явно не верили, что «Беззаветный» решится на столкновение. Через минуту их будто ветром сдует с палубы.

По сравнению с американским крейсером наш сторожевик казался малышом. Водоизмещение в три раза меньше. Не такое мощное оружие. Но в этом противостоянии моряки рассчитывали только на мощь двигателей. Первый удар пришелся по касательной, и тогда сторожевик ударил еще раз – в корму американского корабля.

« «Йорктаун» – он же мощнее. Он пошел вперед. А «Беззаветный» потерял ход от этого удара, и начал скатываться вниз. И тогда ничего не оставалось делать, как дать самый полный вперед. Мы залезли на его левый борт, и начали сносить все, что есть», – рассказал Владимир Богдашин.

В результате этого столкновения американский крейсер лишился вертолетной площадки и расположенных на корме пусковых установок противокорабельных ракет. Вдобавок к этому на судне начался пожар. Желание задействовать второй корабль у американцев отбили советские суда, пришедшие на подмогу двум сторожевикам.

«С военной точки зрения, вот, последствия 88 года могли бы, так сказать, гипотетически быть весьма опасными. Это была эпоха противостояния двух великих держав. Великая держава — это та держава, которая, помимо прочего, обладает ядерным оружием, и последствия могли бы быть серьезными», – отметил сопредседатель Ассоциации военных политологов Василий Белозеров.

Но историю предпочли замять. Командир американского крейсера лишился должности, а через несколько лет и сам корабль встал на прикол. Правда, и советский сторожевик «Беззаветный» ждала не самая завидная судьба. По соглашению о разделе черноморского флота его передали Украине. А новые хозяева корабль списали и затопили в Черном море. 

www.1tv.ru

«Навал в Чёрном море»: как в 1988 году советские моряки напугали корабли США

Википедия

«Навал в Чёрном море»: как в 1988 году советские моряки напугали корабли США

Последнее время в прессе все чаще публикуется информация о появлении кораблей ВМС США в акватории Черного моря, в то время как эксперты строят прогнозы развития событий в случае столкновения военных моряков США с российским флотом. При этом самое интересное состоит в том, что подобный инцидент уже происходил тридцать лет назад…

Несмотря на то, что к концу восьмидесятых годов прошлого века в отношениях между СССР и США наметилась тенденция к сближению, провокации американских военных у границ СССР происходили с завидной регулярностью. Особенно опасной стала дерзкая выходка ракетного крейсера «Йорктаун» и эсминца «Кэрон», беззастенчиво вторгшихся 12 февраля 1988 года в территориальные воды Советского Союза в акватории Черного моря. Поскольку внутренние законы СССР и США по-разному трактовали понятие территориальных вод и прохождение по ним иностранных военных кораблей, американцы неоднократно провоцировали моряков Советского Союза на военный конфликт, заходя в спорные с их точки зрения участки водного пространства нашей страны. Одно из подобных мест располагалось вблизи побережья Крыма неподалеку от целого ряда военных стратегических объектов Советского Союза. Впервые в акватории Черного моря крейсер «Йорктаун» и эсминец «Кэрон» появились за два года до описываемых событий 13 марта 1986 года. Не выключая радиолокационные станции, с явно разведывательными целями американские суда неоднократно углублялись в территориальные воды Советского Союза на глубину до 10 км. Чтобы пресечь данное недопустимое поведение американских моряков Министр обороны С.Л. Соколов дал указания главнокомандующему ВМФ В.Н. Чернавину оказать активное противодействие кораблям потенциального противника. Вскоре советской разведке стало известно о том, что в феврале 1988 года «Йорктаун» и «Кэрон» вновь планируют нарушить морскую границу СССР. Навстречу им вышел пограничный сторожевой корабль «Измаил» и поисково-спасательный корабль «Ямал». Командовал операцией капитан 2 ранга Н.П. Михеев. Советские моряки встретили корабли США у выхода из Босфора и сопроводили их до границы территориальных вод СССР, расположенной в 45 милях от Севастополя.

Спустя двое суток дрейфа в нейтральных водах крейсер «Йорктаун» и эсминец «Кэрон» неожиданно развернулись и со скоростью в 14 узлов 12 февраля 1988 года вошли в территориальные воды Советского Союза. Сопровождавшие американцев советские сторожевые корабли передали капитану крейсера по радио требование немедленно покинуть территориальные воды СССР. В ответ советским морякам было заявлено, что корабли ВМФ США ничего не нарушают и продолжат двигаться прежним курсом. В данной ситуации Н.П. Михеев принял волевое решение попросту «вытолкнуть» нежданных гостей из советских территориальных вод. Пограничный СКР «Измаил» продолжил следовать своим курсом, а «Ямал» и присоединившиеся к нему сторожевики «СКР-6» и «Беззаветный» пошли на опасное сближение с американскими судами.

Самое интересное, что моряки ВМФ США до последнего момента не верили в серьезность намерений русских. Напрасно. «Беззаветный» практически вплотную подойдя к крейсеру «Йорктаун», резко повернул руль вправо, ударив правым бортом американское судно. В военно-морской практике подобный маневр имеет название «навал». Дальше произошло невероятное. Значительно меньший по своим габаритам и военному оснащению «Беззаветный» концами якоря пропорол борт американского крейсера, на котором начался пожар. В свою очередь «СКР-6» в ходе аналогичного маневра ударил по касательной левый борт эсминца «Кэрон». Кроме равной раны «борта» у американского корабля оказался срублен леер и разбита шлюпка. Однако на этом бой не закончился. «Беззаветный» развернулся и второй раз «бортанул» американский крейсер. В ходе повторной атаки «Йорктаун потерял леерное ограждение, командирский катер, пусковую установку системы «Гарпун», а пожар на его борту существенно усилился.

Очнувшись от охватившего их шока, американские моряки в качестве ответного шага они попытались зажать «Беззаветного» между бортами своих судов. Однако капитан советского «Беззаветного» недвусмысленно направил реактивные бомбометные установки в сторону обоих американских кораблей. Одновременно «Йорктаун» и «Кэрон» получили радио, в котором Н.П. Михеев приказывал им покинуть территориальные воды СССР, в противном случае угрожая новым «навалом», которого американские суда могли просто не выдержать. На попытку американцев поднять воздух военные вертолеты, им сообщили, что они тут же будут сбиты, как нарушившие воздушную границу Советского Союза. В качестве подтверждения своих намерений Н.П. Михеев попросил направить в данный район военную авиацию флота. Едва в воздухе появились первые Ми-24, американские суда поспешно изменили курс, сначала отступив в нейтральные воды, а затем и вовсе покинув акваторию Черного моря. Победа осталась за советскими моряками. Впоследствии стало известно, что командира «Йорктауна» с треском выгнали со службы, как допустившего нанесение невосполнимого морального ущерба американскому флоту…

russian7.ru

Сумасшедшие «Иваны»: как советские корабли обратили в бегство американский крейсер

В феврале 1988 года военное руководство США дало команду двум своим кораблям войти в территориальные воды СССР в районе главной военно-морской базы ЧФ города Севастополя.

Эта миссия была возложена на ракетный крейсер «Йорктаун» и эсминец «Кэрон», которые неоднократно ранее заходили в акваторию Черного моря и прекрасно знали здешний морской театр действий.

Корабли углубились в территориальные воды СССР на целых шесть миль. При этом их радары, включая средства радиотехнической разведки, работали на всю свою мощность. То есть корабли находились в полной боеготовности, что являлось откровенным вызовом.

«Беззаветный» и «Йорктаун»

Начальник штаба ЧФ вице-адмирал Валентин Селиванов (командующий в тот день находился в Москве), доложив «наверх» об инциденте, дал команду на пресечение провокации. На перехват американцев вышли сторожевые корабли «Беззаветный» (проект 1135) и СКР-6 (проект 35). Намеренно акцентируем внимание на проектах наших кораблей, которые  были в трое («Беззаветный» в сравнении с «Йорктауном») и почти в девять раз (СКР-6 с «Кэроном») меньше по водоизмещению американских нарушителей границы.

Когда эсминец уклонился от столкновения с СКР-6 и продолжил идти вглубь акватории СССР, командиры обоих сторожевиков начали сближение. Как вспоминает сегодня командир «Беззаветного» контр-адмирал в отставке Владимир Богдашин, наблюдая за маневром, американские моряки, столпившись на верхней палубе, смеясь и показывая неприличные жесты, активно фотографировались на фоне «сумасшедших Иванов».

Зная о разных габаритах (в свою пользу) кораблей, они не сомневались: русские ни за что не пойдут на прямой контакт.

Встреча в Черном море

Но едва только «Беззаветный» с раздирающим душу скрежетом навалился на левый борт американского крейсера, всех весельчаков и фотографов, как ветром сдуло. Примерно в то же время СКР-6 ткнул правой «скулой» своего форштевня в левый борт кормовой части «Кэрона».

«Первый навал был легким, – говорит Богдашин, – как бы вскользь. Мы потерлись бортами, снесли на «Йорктауне» трап и все. Тем не менее, это произвело шок на командиров обоих американских кораблей, которые тут же сыграли у себя боевую тревогу. Они не ожидали от нас таких действий. После первого удара мы получили команду отойти и не вступать в контакт, но было уже поздно. Крейсер по своим размерам был вдвое больше «Беззаветного», и от удара корма моего корабля пошла резко влево, от чего мы стали сближаться кормовыми частями. Это было очень опасно как для них, так и для нас».

По словам Богдашина, четырехтрубный торпедный аппарат «Беззаветного» с правого борта находился в полной боевой готовности. У американца восемь ракетных установок «Гарпун» тоже наверняка были заряжены «под завязку».

«Если бы корабли коснулись кормовыми частями и мои торпедные аппараты вошли под его ракетные направляющие, вряд ли бы мы сегодня с вами разговаривали. Мне оставалось только дать самый полный вперед с резким поворотом вправо, чтобы отбросить корму в сторону. В результате, мы своим форштевнем буквально залезли на левый шкафут «Йорктауна», почти полностью снеся левую часть вертолетной площадки их корабля и сокрушив все, что было на пути. А поскольку перед этим я дал команду приспустить правый якорь, он сыграл роль снаряда, выпущенного из пращи. Войдя в борт крейсера, якорь пролетел над его палубой, оборвал несколько метров цепи и ушел вместе с ней на дно. Эта была единственная жертва в той стычке».

СКР-6 вторая попытка навала даже не понадобилась. Американцы решили свою судьбу больше не испытывать. Они совершили маневр, который на флоте называется «все вдруг – на обратный курс», и пошли на выход из территориальных вод СССР.

Возмущенный Госдеп

Самое поразительное, что возмущенный Госдеп, спустя всего несколько часов после случившегося, направил ноту протеста в МИД СССР. Но не с извинениями, а с претензиями, что, мол, Советский Союз провоцирует военный конфликт с США.

Что-либо комментировать в этой ситуации, тем более спустя три десятилетия, нет смысла. Особенно сегодня, когда  очень похожие реакции из-за океана мы наблюдаем в ответ на любые действия российских воинских подразделений.

Даже учения, проводимые на своей территории, тут же объявляются актом агрессии со стороны России. При этом все полеты, «заплывы» и продвижения боевых единиц НАТО в восточном направлении они называют практической отработкой           навыков своих военных.

Пусть говорят все, что хотят. Только пусть помнят: никто не давал права нашим американским «партнерам» (ни тогда и ни теперь) вести себя с Россией с позиции сильного. Тем более, что никогда таковыми они не были.  Кто сомневается, пусть вспомнит этот малюсенький инцидент в Черном море.

И – еще один факт, от которого отмахнуться нельзя. За свою более, чем 240-летнюю историю, спровоцировав и развязав за пределами своей страны свыше двухсот войн и военных конфликтов, американские янки не победили ни в одном открытом противостоянии.

tvzvezda.ru

Таран в Черном море: атака "Беззаветным" американского крейсера возле мыса Сарыч в 1988 г. -

Таран в Черном море: атака «Беззаветным» американского крейсера возле мыса Сарыч в 1988 г.

К 30-летию события «Холодной войны»

Сейчас мало кто помнит инцидент между боевыми кораблями СССР и США у берегов Крыма в 1988г. Да и тогда о нём наши СМИ не особо распространялись, в свете разрядки, перестройки и улучшения отношений с Соединёнными Штатами. А ведь событие было незаурядным…

Руководителями и главными действующими лицами операции по вытеснению американцев из наших территориальных вод были: адмирал СЕЛИВАНОВ Валентин Егорович (в прошлом командир 5-й Средиземноморской эскадры ВМФ, в то время вице-адмирал, начальник штаба ЧФ, впоследствии начальник Главного штаба ВМФ), вице-адмирал МИХЕЕВ Николай Петрович (в то время капитан 2 ранга, начальник штаба 70-й бригады 30-й дивизии противолодочных кораблей ЧФ), контр-адмирал БОГДАШИН Владимир Иванович (в то время капитан 2 ранга, командир СКР «Беззаветный»), капитан 2 ранга ПЕТРОВ Анатолий Иванович (в то время капитан 3 ранга, командир «СКР-6»).

В.И.Богдашин

Адмирал Селиванов: О готовящемся в феврале 1988 года новом вояже американских кораблей крейсера УРО «Йорктаун» (тип «Тикондерога») и эсминца УРО «Кэрон» (тип «Спрюенс») в Черное море командование ЧФ узнало заблаговременно (разведка флота отслеживала все действия 6 Флота ВМС США). Перед прибытием американских кораблей в Черное море штабом флота была спланирована операция по слежению и противодействию им: выделены сторожевые корабли «Беззаветный» (проект 1135) и «СКР-6» (проект 35), назначен командир этой корабельной группы — начальник штаба 70-й бригады 30-й дивизии противолодочных кораблей ЧФ капитан 2 ранга Михеев Николай Петрович. С командирами кораблей и корабельной группы был произведен тщательный инструктаж по плану операции с проигрышем всех действий на картах и маневренных планшетах. Корабли в операции были распределены так: СКР «Беззаветный», как более крупный по водоизмещению корабль, должен был сопровождать и противодействовать крейсеру «Йорктаун», а «СКР-6» (небольшой по водоизмещению и размерам) — эсминцу «Кэрон». Всем командирам были даны конкретные указания: как только обнаружится, что американцы намереваются проследовать в наши терводы, занять позицию относительно борта американских кораблей со стороны нашего берега, предупредить их о том, что курс их кораблей ведет в терводы, далее, если американцы не внимают этому предупреждению, с входом их в терводы совершить каждым нашим кораблем «навал» на американские корабли. Командиры свои задачи поняли, и я был уверен, что они свои задачи выполнят. План операции одобрил главнокомандующий ВМФ адмирал флота В.Н. Чернавин.

Предусматривалось, что с входом американских кораблей в Черное море наши корабли встречают их в районе Босфора и начинают слежение за ними. Я дал указание командиру группы после встречи с американцами приветствовать их прибытие в наше Черное море (именно не забыть в приветствии слово наше) и передать, что мы будем плавать с ними вместе. Ожидалось, что американские корабли проследуют сначала вдоль западного побережья Черного моря, «забегут» в терводы Болгарии, Румынии (они раньше так делали), а потом будут смещаться в восточную часть к нашим берегам. Ну а вторгнуться в наши терводы они, видимо, попытаются, как и в прошлый раз, в районе южной оконечности Крымского полуострова (мыс Сарыч), где границы тервод по конфигурации представляют треугольник с выдвинутой к югу вершиной. Обходить этот треугольник американцы, скорее всего, опять не станут, а пойдут сквозь терводы. Больше мест для такого демонстративного нарушения тервод на Черноморском театре не существует. И вот здесь-то и должна была произойти основная фаза всей операции, а именно недопущение или вытеснение из наших тервод американских кораблей с «навалом» на них, если предупреждения о нарушении тервод на них не подействуют. Что такое «навал»? Это не таран в полном смысле этого понятия, а подход на скорости под небольшим углом как бы по касательной к борту вытесняемого объекта и «вежливое» его «отталкивание», с отворотом от выдерживаемого им курса. Ну, а «вежливость» — уж как получится.

ПРОТИВНИКИ

Крейсер УРО ВМС США «Йорктаун» (класс «Тикондерога») Был заложен 17 января 1983 г. Введен в эксплуатацию 4 июля 1984 г. Был разработан для использования американской технологии «Иджис» (Aegis). Среди его различных систем вооружения были ракеты «корабль-воздух» и «корабль-поверхность» (SAM), противокорабельные и противолодочные ракеты, торпедные пусковые установки и установлена артиллерийская система. Первое применение «Йорктауна» прошло с августа 1985 г. по апрель 1986 г. Корабль дважды  входил в Черное море и оба раза имел конфликтные ситуации с ВМФ СССР (в 1986 и 1988 гг.). Участвовал в трех операциях у побережья Ливии.  Получил награду «Top Gun» Атлантического флота за отличную стрельбу в 1987 г. Во время второй боевой службы с сентября 1987 г. по март 1988 г. частвовал в многочисленных учениях США и НАТО , а также многонациональных учениях с Марокко , Францией, Западной Германией , Тунисом и Турцией . Именно в этот период «Йорктаун» получил всемирную известность в операции, проводимой в Черном море в рамках программы « Свобода навигации ». 12 февраля 1988 г. он был вытеснен из советских вод фрегатом «Беззаветный». Помощник министра обороны по вопросам международной безопасности в то время, Ричард Л. Армитидж , признал, что вход в воды, граничащие с территориальными, не был необходимым, но утверждал, что он не носил характера агрессии.  «Йорктаун» провел свои третью и четвертую средиземноморские службы уже в окончание «холодной войны». Участвовал в  операции «Буря в пустыне» . Летом 1992 г. участвовал в BALTOPS’92 . Во время этого круиза «Йорктаун» заходил с дружественным визитом в Североморск , став первым американским кораблем, посетившим этот порт с конца Второй мировой войны. В 1993 году Йорктаун был награжден командующим военно-морскими силами, наградой Atlantic Ship Safety Award . Служил флагманским командным кораблем во время операций по борьбе с наркотиками в Карибском бассейне в мае-июле 1993 г. В августе 1993 г. участвовал в совместных военных учениях в Северной Атлантике. В августе 1994 г. «Йорктаун» отправился в Адриатическое море в качестве флагмана командующего военно-морских сил Атлантики при обеспечении операции против Союзной Республики Югославии . В мае 1997 г. завершил пятимесячное противоракетное дежурство в Карибском бассейне, а затем проверочные операции с авианосцем «Джордж Вашингтон».  21 сентября 1997 г. по причине ошибки экипажа на корабле произошел серьезный сбой силовой установки.  «Йорктаун» был выведен из эксплуатации 10 декабря 2004 г. В настощее время на стоянке в Филадельфии. «Кэрон» был заложен на судостроительном предприятии «Ингаллс» компании  «Литтон Индастриз» в Паскагуле (штат Миссисипи) 1 июля 1974 г. Введен в эксплуатацию 1 октября 1977 г. В августе 1979 г. советские самолеты имитировали ракетную атаку против «Кэрона» в Черном море . В октябре 1983 г. Карон участвовал в операции «Срочная ярость» в окрестностях Гренады . С ноября 1983 г. по март 1984 г. входил в состав Многонациональных сил по поддержанию мира в Бейруте (Ливан). 10 марта 1986 г. «Кэрон» покинул Норфолк в составе группы кораблей УРО для развертывания в средиземноморском регионе. Во время этого развертывания после того, как американский истребитель демонстративно обстрелял в заливе Сидр два истребителя Ливийских ВВС, началось обострение конфликта. 23 марта 1986 г. вместе с крейсерами УРО «Тикондерогой» и «Скоттом», Кэрон перешел к югу от ливийской пограничной линии. Конфликт длился два дня, но протекал в низкой интенсивности, в условиях которой «Кэрон» не применял вооружения. 12 февраля 1988 г. был протаранен советским (по классификации НАТО) легким фрегатом класса «Мирка II» (FFL 824) в Черном море, после чего ушел на капитальный ремонт из которого вышел только 15 февраля 1990 г.  Кстати, американцы всюду утверждают лишь о незначительных повреждениях эсминца, хотя откровенно затянувшийся капитальный ремонт вполне нового по меркам военно-морского флота корабля наталкивает на размышления по этому поводу.  «Кэрон» участвовал в событиях на Ближнем Востоке после вторжения Ирака в Кувейт в 1990 г. С 14 января 1991 г.  он участвовал в операции «Буря в пустыне» . 14 октября 1993 г. участвует операции ООН против Гаити . Она был одним из шести кораблей ВМС США, направленных к Гаити по распоряжению в результате распоряжению президента Клинтона. В апреле 1995 г. принял участие в учениях по противодействию минной войне в Анголе. С января по июль 1996 г. — в Персидском заливе участвует в операции против Ирака. С февраля по июль 1998 г. — в Средиземном море и Персидском заливе и у побережья Испании. С января по 4 июня 1999 г. завершил регулярный капитальный ремонт в Ньюпорте. В июне-декабре 2000 г. — снова  в Средиземном море и Персидском заливе в составе авианосной группы «Джорджа Вашингтона» . 15 октября 2001 г. выведен из эксплуатации. 4 декабря 2002 г. «Кэрон» до истечения срока эксплуатации был затоплен у берегов Пуэрто-Рико в результате испытаний нового типа ВВ.

Наши корабли взяли американские суда на сопровождение сразу после выхода из Босфора. Поприветствовали, предупредили, что будут плавать с ними вместе, составят им «компанию» в Черном море. Американцы ответили, что им помощи не требуется. Когда я получил эти первые доклады, передал Михееву: «Сообщите американцам: плавать все равно придется вместе. Они у нас в гостях, а по законам русского гостеприимства оставлять гостей без внимания у нас не принято, — а ну как с ними что-нибудь случится». Михеев все это передал. Американцы прошли терводы Болгарии, затем терводы Румынии. Но там румынских кораблей не было (командование румынского флота уже тогда игнорировало все наши предложения). Далее американские корабли отвернули на восток, перешли в район 40-45 миль юго-юго-восточнее Севастополя и начали там какие-то непонятные маневры. Скорее всего, они осуществляли смену или закладку на наши связные кабельные трассы спецаппаратуры съема информации. Крутились американские корабли в этом районе двое с лишним суток. Потом перешли и маневрировали непосредственно в прилегающей к Севастополю морской зоне вне тервод.

12 февраля я находился на КП флота (командующий флотом адмирал М.Н. Хронопуло куда-то улетел по делам). Примерно в 10 часов получил доклад Михеева: «Американские корабли легли на курс 90°, который ведет в наши терводы, скорость 14 узлов. До тервод 14 миль» (около 26 км.). Ладно, думаю, до тервод еще час хода, пусть идут. Приказываю Михееву: «Продолжать слежение». Через полчаса следующий доклад: «Корабли идут теми же курсом и скоростью. До тервод 7 миль». Снова думаю, что они дальше будут делать: войдут в терводы или отвернут в последний момент, «попугав» нас? Помню, я сам в Средиземном море «укрывал» корабли эскадры от ветра и штормовой волны в полукабельтове от границы тервод (ширина 6 миль) греческого острова Крит (его горы ослабляли силу ветра). И не считал, что мы что-то нарушаем. И американцы могли бы также подойти к терводам и потом отвернуть, ничего не нарушив. Следующий поступает доклад: «До границы тервод 2 мили». Передаю Михееву: «Предупредите американцев: ваш курс ведет в терводы Советского Союза, нарушение которых недопустимо». Михеев докладывает: «Передал. Отвечают, что они ничего не нарушают. Следуют прежними курсом и скоростью». Снова даю приказание Михееву: «Еще раз предупредите американцев: нарушение тервод Советского Союза недопустимо. Имею приказ вытеснять вас, вплоть до навала и тарана. Передайте все это в эфир открытым текстом дважды по-русски и по-английски». Михеев снова докладывает: «Передал. Повторяют, что они ничего не нарушают. Курс и скорость прежние». Тогда приказываю Михееву: «Занять позиции для вытеснения». Мы на инструктаже предусмотрели, чтобы навал был более жестким и причинил более существенные повреждения кораблям, вытравить правые якоря и держать их в подвешенном состоянии на якорь-цепях под клюзами правого борта. Так что высокий полубак СКР «Беззаветного», да еще болтающийся справа якорь могли бы основательно порвать борт и все что попадет под навал на борту вытесняемого с его курса корабля. Михеев продолжает докладывать: «До тервод 5,..3,..1 кабельтов. Корабли позиции для навала заняли». Далее доклад: «Американские корабли вошли в терводы». Для уточнения обстановки запрашиваю Боевой информационный пост (БИП) флота: «Доложить точные данные местоположения всех кораблей». Получаю доклад БИП: «11 миль, 9 кабельтовых от береговой черты». Значит, действительно американцы все же влезли в наши терводы. Приказываю Михееву: «Действовать по плану операции». Он отвечает: «Понял». Оба наших корабля начали маневрирование для «навала» на американские корабли. Наши корабли взяли американские суда на сопровождение сразу после выхода из Босфора.

«Беззаветный» начинает навал на «Йорктаун»…

Поприветствовали, предупредили, что будут плавать с ними вместе, составят им «компанию» в Черном море. Американцы ответили, что им помощи не требуется. Когда я получил эти первые доклады, передал Михееву: «Сообщите американцам: плавать все равно придется вместе. Они у нас в гостях, а по законам русского гостеприимства оставлять гостей без внимания у нас не принято, — а ну как с ними что-нибудь случится». Михеев все это передал. Американцы прошли терводы Болгарии, затем терводы Румынии. Но там румынских кораблей не было (командование румынского флота уже тогда игнорировало все наши предложения). Далее американские корабли отвернули на восток, перешли в район 40-45 миль юго-юго-восточнее Севастополя и начали там какие-то непонятные маневры. Скорее всего, они осуществляли смену или закладку на наши связные кабельные трассы спецаппаратуры съема информации. Крутились американские корабли в этом районе двое с лишним суток. Потом перешли и маневрировали непосредственно в прилегающей к Севастополю морской зоне вне тервод.

12 февраля я находился на КП флота (командующий флотом адмирал М.Н. Хронопуло куда-то улетел по делам). Примерно в 10 часов получил доклад Михеева: «Американские корабли легли на курс 90°, который ведет в наши терводы, скорость 14 узлов. До тервод 14 миль» (около 26 км.). Ладно, думаю, до тервод еще час хода, пусть идут. Приказываю Михееву: «Продолжать слежение». Через полчаса следующий доклад: «Корабли идут теми же курсом и скоростью. До тервод 7 миль». Снова думаю, что они дальше будут делать: войдут в терводы или отвернут в последний момент, «попугав» нас? Помню, я сам в Средиземном море «укрывал» корабли эскадры от ветра и штормовой волны в полукабельтове от границы тервод (ширина 6 миль) греческого острова Крит (его горы ослабляли силу ветра). И не считал, что мы что-то нарушаем. И американцы могли бы также подойти к терводам и потом отвернуть, ничего не нарушив. Следующий поступает доклад: «До границы тервод 2 мили». Передаю Михееву: «Предупредите американцев: ваш курс ведет в терводы Советского Союза, нарушение которых недопустимо». Михеев докладывает: «Передал. Отвечают, что они ничего не нарушают. Следуют прежними курсом и скоростью». Снова даю приказание Михееву: «Еще раз предупредите американцев: нарушение тервод Советского Союза недопустимо. Имею приказ вытеснять вас, вплоть до навала и тарана. Передайте все это в эфир открытым текстом дважды по-русски и по-английски». Михеев снова докладывает: «Передал. Повторяют, что они ничего не нарушают. Курс и скорость прежние». Тогда приказываю Михееву: «Занять позиции для вытеснения». Мы на инструктаже предусмотрели, чтобы навал был более жестким и причинил более существенные повреждения кораблям, вытравить правые якоря и держать их в подвешенном состоянии на якорь-цепях под клюзами правого борта. Так что высокий полубак СКР «Беззаветного», да еще болтающийся справа якорь могли бы основательно порвать борт и все что попадет под навал на борту вытесняемого с его курса корабля. Михеев продолжает докладывать: «До тервод 5,..3,..1 кабельтов. Корабли позиции для навала заняли». Далее доклад: «Американские корабли вошли в терводы». Для уточнения обстановки запрашиваю Боевой информационный пост (БИП) флота: «Доложить точные данные местоположения всех кораблей». Получаю доклад БИП: «11 миль, 9 кабельтовых от береговой черты». Значит, действительно американцы все же влезли в наши терводы. Приказываю Михееву: «Действовать по плану операции». Он отвечает: «Понял». Оба наших корабля начали маневрирование для «навала» на американские корабли.

Почти ровно в 11.00 часов, Михеев докладывает: «Сблизился с крейсером до 40 метров»… и далее доклад через каждые 10 метров. Моряки представляют, как сложно и опасно выполнять такие маневры: громадный крейсер водоизмещением 9200 тонн и к нему на ходу как бы «швартуется» сторожевик водоизмещением 3000 тонн, а на другом «фланге» против эсминца водоизмещением 7800 тонн действует совсем маленький сторожевичок водоизмещением всего в 1300 тонн. Представляете: в момент сближения вплотную с этим маленьким сторожевичком, положи эсминец резко руль «лево на борт» — и что будет с нашим кораблем? Не перевернулся бы, — и такое может быть! Тем более, что формально прав в таком столкновении все равно будет американец. Так что сложную и опасную задачу должны были выполнить командиры наших кораблей.

Михеев докладывает: «10 метров». И сразу же: «Прошу «добро» действовать!». Хотя все приказания он уже получил, но, видимо, решил все же подстраховаться, — вдруг обстановка изменилась, к тому же все переговоры в эфире записываются и нами, и американцами. Передаю ему еще раз: «Действовать по плану операции!». И далее наступила тишина.

Навал «Беззаветного»…

Слежу по секундомеру — засек с последним моим приказанием: стрелка пробежала минуту, две, три… Молчание. Не запрашиваю, понимаю, что сейчас творится на кораблях: одно дело инструктаж и проигрыш на маневренных планшетах, а другое дело, как все получится в действительности. Явственно представляю, как высокий полубак «Беззаветного» вместе с вывешенным якорем рвет борт и массивную носовую надстройку американского крейсера «Йорктаун» (надстройка у него сконструирована заодно с бортом корабля). Но что с нашим кораблем произойдет от таких взаимных «поцелуев»? А что происходит во второй паре этой морской «корриды» между «СКР-6» и эсминцем «Кэрон»? Сомнения, неизвестность… Подумалось, что при подобного рода «швартовках» на ходу возможно взаимное присасывание («прилипание») кораблей друг к другу. А ну, как американцы ринутся на «абордаж»? Мы такую возможность предусмотрели, — на кораблях сформированы и постоянно отрабатываются специальные десантные взводы. Но американцев ведь намного больше… Все это у меня проносится в сознании, пока нет никаких докладов. И вдруг слышу совершенно спокойный голос Михеева, как будто при розыгрыше таких эпизодов на картах: «Прошлись по левому борту крейсера. Сломали пусковую установку ракет «Гарпун». Две разломанные ракеты свешиваются из пусковых контейнеров. Снесли все леера левого борта крейсера. Разбили вдребезги командирский катер. Кое-где порвали борт и боковую обшивку носовой надстройки. Наш якорь оторвался и утонул». Спрашиваю: «Что делают американцы?». Отвечает: «Сыграли аварийную тревогу. Аварийщики в защитных костюмах поливает пусковую установку «Гарпунов» из шлангов и затаскивает шланги внутрь корабля». «Ракеты горят?» — спрашиваю. «Вроде нет, огня и дыма не видно». После этого Михеев докладывает за «СКР-6»: «Прошел вдоль левого борта эсминца, срублены леера, разбита шлюпка. Прорывы обшивки борта. Корабельный якорь уцелел. Но американские корабли продолжают переход теми же курсом и скоростью». Даю команду Михееву: «Выполнить повторный навал». Наши корабли начали маневрирование для его выполнения.»

Как все в действительности происходило в районе «навала», рассказывают Николай Михеев и Владимир Богдашин: К моменту подхода к терводам американские корабли следовали как бы в строю пеленга с расстоянием между ним примерно 15-20 кабельтовых (2700-3600 м.), — при этом крейсер впереди и мористее, эсминец ближе к береговой черте на курсовом угле крейсера 140-150 град. левого борта. СКР «Беззаветный» и «СКР-6» в позициях слежения соответственно за крейсером и эсминцем на их курсовых углах левых бортов 100-110 град. в дистанции 90-100 м. Позади этой группы маневрировали два наших пограничных корабля.

С получением приказания «Занять позиции для вытеснения» на кораблях объявлена боевая тревога, загерметизированы носовые отсеки, из них личный состав выведен, торпеды в аппаратах в боеготовом состоянии, на артустановки поданы патроны до линии заряжания в казенники, развернуты аварийные партии, десантные взводы в готовности по местам расписания, остальной личный состав на боевых постах. Правые якоря вывешены на якорь-цепях из клюзов. На ходовом мостике СКР «Беззаветный» Михеев держит связь с КП флота и управляет кораблями группы, Богдашин управляет маневрами корабля, здесь же офицер-переводчик осуществляет постоянную радиосвязь с американскими кораблями. Сблизились с крейсером на дистанцию 40 метров, потом на 10 метров («СКР-6» то же с эсминцем). На палубе крейсера, площадках надстройки высыпали матросы и офицеры с фотоаппаратами, видеокамерами, хохочут, машут руками, делают, как это принято у американских моряков, непристойные жесты и пр. На левое открытое крыло ходового мостика вышел командир крейсера.

С подтверждением приказания «Действовать по плану операции» пошли на «навал» крейсера («СКР-6» — эсминца). Богдашин сманеврировал таким образом, что первый удар пришелся по касательной под углом 30 град. к левому борту крейсера. От удара и трения бортов посыпались искры и загорелась бортовая краска. Как потом рассказывали пограничники, на мгновение корабли оказались как бы в огненном облаке, после чего за ними некоторое время тянулся густой шлейф дыма. При ударе наш якорь одной лапой разорвал обшивку борта крейсера, а другой сделал пробоину в носовой части борта своего корабля. От удара СКР отбросило от крейсера, форштевень нашего корабля пошел влево, а корма стала опасно приближаться к борту крейсера.

На крейсере сыграли аварийную тревогу, личный состав ринулся с палуб и площадок вниз, командир крейсера бросился внутрь ходового мостика. В это время он, видимо, на какое-то время потерял управление крейсером, и тот от удара отвернул несколько вправо, что еще более увеличило опасность его навала на корму СКР «Беззаветного». После этого Богдашин, скомандовав «право на борт», увеличил ход до 16 узлов, что позволило несколько отвести корму от борта крейсера, но одновременно и крейсер довернул влево на прежний курс, — после этого как раз и произошел следующий наиболее мощный и результативный навал, вернее таран крейсера. Удар пришелся в район вертолетной площадки, — высокий острый форштевень с полубаком СКР, образно говоря, влез на крейсерскую вертолетную палубу и с креном 15-20 град на левый борт стал крушить своей массой, а также вывешенным из клюза якорем все, что ему попадалось, постепенно сползая в сторону крейсерской кормы: порвал обшивку борта надстройки, срубил все леера вертолетной площадки, разломал командирский катер, далее сполз на палубу юта (на корму) и тоже снес все леера со стойками. Затем зацепил пусковую установку ПКР «Гарпун», — казалось, что еще немного и пусковая установка будет сдернута с ее крепежа к палубе. Но в этот момент, зацепившись за что-то, якорь оторвался от якорь-цепи и, как мячик (3,5 тонн весом!), перелетев через кормовую палубу крейсера с левого борта, рухнул в воду уже за его правым бортом, чудом не зацепив никого из находившихся на палубе матросов аварийной партии крейсера. Из четырех контейнеров пусковой установки ПКР «Гарпун» два были разломаны пополам вместе с ракетами, их оторванные головные части свисали на внутренних кабелях. Еще один контейнер был погнут.

Наконец полубак СКР сполз с кормы крейсера на воду, мы отошли от крейсера и заняли позицию на его траверзе в расстоянии 50-60 метров, предупредив, что повторим навал, если американцы не выйдут из тервод. В это время на палубе крейсера наблюдалась странная суета личного состава аварийных партий (все негры): растянув пожарные шланги и слегка попрыскав водой разломанные ракеты, которые не горели, матросы эти шланги и другие противопожарные средства вдруг стали спешно затаскивать во внутренние помещения корабля. Как позднее выяснилось, там начался пожар в районе погребов ПКР «Гарпун» и противолодочных ракет «Асрок».

СКР-6 таранит «Йорктаун»…

Валентин Селиванов: Через некоторое время получаю доклад от Михеева: «Эсминец «Кэрон» отвернул с курса и следует прямо на меня, пеленг не меняется». Морякам понятно, что значит «пеленг не меняется», — то есть идет на столкновение. Передаю Михееву: «Переходи на правый борт крейсера и прикрывайся им. Пусть «Кэрон» его таранит».

Николай Михеев: Но «Кэрон» подошел к нам на расстояние 50-60 метров с левого борта и лег на параллельный курс. Справа на таком же расстоянии и тоже параллельным курсом следовал крейсер. Далее американцы начали на сходящихся курсах как бы зажимать СКР «Беззаветный» в клещи. Приказал зарядить реактивные бомбометные установки РБУ-6000 глубинными бомбами (американцы это видели) и развернуть их по траверзу на правый и левый борт соответственно против крейсера и эсминца (правда, обе установки РБУ действуют в боевом режиме только синхронно, но американцы этого не знали). Вроде подействовало — американские корабли отвернули. В это время на крейсере стали готовить к вылету пару вертолетов. Доложил на КП флота, что американцы готовят вертолетами нам какую-то пакость.

Валентин Селиванов: На доклад Михеева передаю ему: «Сообщите американцам — вертолеты в случае их подъема в воздух будут сбиты, как нарушившие воздушное пространство Советского Союза». Одновременно передал приказание на КП авиации флота: «Поднять в воздух дежурную пару штурмовиков! Задача: барражирование над вторгнувшимися в терводы американскими кораблями с целью воспрепятствования подъему их палубных вертолетов в воздух». Но ОД авиации докладывает: «В близлежащем к мысу Сарыч районе отрабатывает задачи группа десантных вертолетов. Предлагаю вместо штурмовиков выслать пару вертолетов — это намного быстрее, к тому же они задачу «противодействия взлету» выполнят более эффективно и наглядно». Утверждаю это предложение и сообщаю Михееву о направлении в район наших вертолетов. Вскоре получаю доклад ОД авиации: «Пара вертолетов Ми-24 в воздухе, следуют в район». Николай Михеев: Передал американцам, что будет с вертолетами, если их поднимут в воздух. Это не подействовало — вижу лопасти винтов уже закрутились. Но в это время над нами и американцами прошла на высоте 50-70 метров, сделав несколько кругов над американскими кораблями и демонстративно зависая несколько в стороне от них, пара наших вертолетов Ми-26 с полной боевой подвеской бортового оружия, — вид внушительный. Это видимо подействовало — американцы свои вертолеты заглушили и закатили в ангар.

Валентин Селиванов: Дальше поступило приказание с ЦКП ВМФ: «Министр обороны потребовал разобраться и доложить об этом происшествии» (флотские наши остряки потом изощрялись: доложить с перечнем лиц, подлежащих снятию с должностей и разжалованию). Мы представили по инстанции доклад, как все происходило. Буквально через пару часов поступает еще одно приказание с ЦКП ВМФ: «Министр обороны требует представить отличившихся к поощрению» (наш остряки и здесь нашлись: перечень лиц на разжалование заменить реестром фигурантов на награждение). Ну, вроде отлегло у всех от сердца, напряжение спало, все мы с расчетом КП флота вроде успокоились.

«Американцы» вышли из советских территориальных вод, легли в дрейф, вступили в активные радиопереговоры со своим начальством, а на следующий день двинулись на выход из Черного моря.

Участники уникальной операции со временем выросли в должностях и званиях. Адмирал Селиванов стал начальником Главного штаба ВМФ, вице-адмирал Михеев – начальником Управления боевой подготовки, командир «Беззаветного» Владимир Богдашин – контр-адмиралом, старпом сторожевика Валерий Куликов – замкомандующего ЧФ, вице-адмиралом.

Американцам, вновь зачастившим в Черное море, не стоит забывать этот урок 30-летней давности.

Судьба корабля:

В 1997 г. «Беззаветный» был передан Украине, гордо назывался фрегатом «Днiпропетровськ», но в море не выходил, потом его разоружили и продали Турции. В марте 2006г был затоплен при буксировке, вероятно, с целью получения страховки. А «СКР-6» ещё в 1990г разделали на металлолом.

Сторожевой корабль «Беззаветный»

ТТД: Водоизмещение: 3200 т. Размеры: длина — 123 м, ширина — 14,2 м, осадка — 4,28 м. Скорость полного хода: 32,2 узла. Дальность плавания: 5000 миль при 14 узлах. Силовая установка: 2 ГТУ по 18000 л.с. (форсажный режим, маршевый — по 6000 л.с.), 2 винта фиксированного шага Вооружение: УРПК-5 «Раструб» (4 ПУ), 2х2 76,2-мм артустановки АК-726, 2х2 ПУ ЗРК «Оса-МА-2» (40 ракет 9M-33), 2х4 533-мм торпедных аппарата, 2х12 реактивных бомбомета РБУ-6000. Экипаж: 197 чел.

История корабля: Сторожевой корабль пр.1135

Первый в серии сторожевой корабль пр.1135 вошел в состав отечественного ВМФ в декабре 1970 года. Новый корабль по сравнению с его предшественниками имел более высокие мореходные качества. Он имел втрое большее водоизмещение, вооружение также было мощнее, что придавало ему более высокую боевую устойчивость при действии в морской зоне.

Проект 1135 «Буревестник» возник как бы на перекрестке двух направлений в эволюции противолодочных кораблей нашего флота — малых (проекты 159 и 35) и больших (проект 61). В то время Советский ВМФ выходил в мировой океан, и его главной задачей считалась борьба с атомными подводными лодками потенциального противника. Именно тогда были созданы первые противолодочные корабли океанской зоны — крейсера-вертолетоносцы, БПК 1 ранга и БПК 2 ранга. Но их высокая стоимость вынудила руководство флотом дополнить арсенал противолодочных сил меньшими по водоизмещению и менее дорогостоящими кораблями ближней зоны, способными при этом действовать и в удаленных районах океана.

Первоначально разработку будущего корабля поручили Зеленодольскому КБ (в то время — ЦКБ-340). Тем временем промышленность приступила к разработке новых средств противолодочной борьбы — ракетоторпедного комплекса «Метель» и весьма совершенных для своего времени гидроакустических станций «Вега» и «Титан». Сочетание подкильной и буксируемой ГАС обещало увеличить дальность обнаружения ПЛ в три раза и устойчиво держать контакт с подводной целью на дистанциях до 100 кбт. Все это выводило будущий сторожевой корабль на качественно иной уровень, но одновременно влекло за собой значительный рост водоизмещения. А поскольку ЦКБ-340 традиционно специализировалось на создании малых боевых кораблей, разработку проекта передали в Ленинград, в ЦКБ-53 (впоследствии Северное ПКБ). Главным конструктором был назначен Н.П. Соболев, главным наблюдающим от ВМФ — И.М. Стецюра. Общее руководство осуществлял начальник ЦКБ-53 В.Е. Юхнин.

Тактико-техническое задание (ТТЗ) на разработку проекта 1135 было выдано флотом в 1964 году. Основное назначение сторожевого корабля — «длительное патрулирование с целью поиска и уничтожения подводных лодок противника и охранение кораблей и судов на переходе морем». Пер­воначально ТТЗ предусматривало следующий состав вооружения: один ПЛРК, один пятитрубный 533-мм ТА для противолодочных торпед, два РБУ-6000, один ЗРК «Оса» и две спаренные 76-мм артиллерийские установки. В качестве основного средства обнаружения ПЛ предполагалась ГАС «Титан». Водоизмещение ограничи­валось величиной в 2100 т, но после окончательного утверждения в качестве ПЛРК комплекса «Метель» его пришлось увеличить до 3200 т. Это, в свою очередь, позволило разместить два ТА и два ЗРК «Оса», а также дополнить гидроакустические средства буксируемой ГАС «Вега». Кроме того, уже на стадии проектирования оговаривалась возможность замены 76-мм артиллерии на 100-мм.

Впервые на кораблях данного класса предполагалось разместить автоматизированный боевой информационный пост (БИП), прообраз будущих боевых информационно-управляющих систем (БИУС); на головном корабле даже был открыт штат офицера-вычислителя. В целом же корабль и по размерам, и по возможностям настолько перерос своих «одноклассников», что его уже на стадии проектирования переклассифицировали в БПК. Вновь в класс СКР корабли проекта 1135 вернули лишь в июне 1977 года.

По архитектуре корпус корабля проекта 1135 выделялся удлиненным полубаком, округлыми обводами, клиперским форштевнем, большим развалом шпангоутов в носовой оконечности, плоской низкой кормой и строительным дифферентом на нос. Набор корпуса смешанный, отношение длины к ширине — 8,6. Характерная особенность обводов — малые углы заострения ватерлиний. Корпус — из стали марки МК-35; 13 стальных переборок делят его на 14 водонепроницаемых отсеков. По расчетам, корабль должен был оставаться на плаву при затоплении трех смежных или пяти несмежных отсеков. Палубные надстройки и внутренние переборки помещений изготовлены из алюминиево-магниевого сплава АМГ-61.

Служебные и жилые помещения находятся на главной палубе под полубаком. Здесь расположены каюты офицеров и мичманов, камбуз и матросская столовая. По главной палубе проходит сквозной коридор от юта в нос, раздваиваясь вокруг шахт ЗРК. В кормовой части находится помещение БУГАС «Вега» с оригинальным подъемно-опускным устройством ПОУКБ-1. Эта разработка Зеленодольского ПКБ обеспечивает открытие и закрытие транцевой крышки, погружение в воду, буксировку, подъем и установку на штатное место тела буксируемой ГАС на ходу корабля не менее 9 узлов.

Диаметр циркуляции корабля — 4,3 кбт за 130 с на скорости 32 узла. Рысканье — не более 2°. Инерция с полного хода до остановки — 1940 м за 524 с. Начальная поперечная метацентрическая высота составляет 1,4 м. Наибольший кренящий момент — 85°, запас плавучести — 6450 т. Угол заката статической диаграммы остойчивости — 80°.

Мореходность «одиннадцать-тридцать пятого» заслуживает высокой оценки. Корабль хорошо всходит на волну; заливаемость и забрызгиваемость на всех скоростях практически отсутствует. Небольшая забрызгиваемость кормовой части палубы наблюдается лишь при скоростях более 24 узлов и на циркуляции при курсовом угле 90° к волне. Мореходные качества обеспечивают использование всех видов оружия на всех скоростях при состоянии моря до четырех баллов без успокоителей качки и более пяти баллов с их включением.

Газотурбинная энергетическая установка СКР проекта 1135 включает в себя два агрегата М7К, каждый из которых состоит из одной маршевой газовой турбины ДО63 и одной форсажной ДК59. Маршевые двигатели мощностью по 6000 л.с. монтируются на подвесных платформах. Форсажные мощностью по 18 000 л.с. подключаются на валопроводы через шинно-пневматические муфты. Все турбины имеют газовый реверс. Новшеством стала маршевая редукторная приставка, позволяющая работать на оба вала как обоим маршевым двигателям, так и каждому двигателю в отдельности. Это улучшило экономичность ГЭУ на 25%.

Время пуска турбин из холодного состояния — не более трех минут. Полный запас топлива — 450-550 т., расход топлива на одну милю на технико-экономическом ходу (14 узлов) — 100 кг, на оперативно-экономическом (17 уз.) — 143 кг, на полном (32,2 узла) — 390 кг. В среднем суточный расход топлива в походе — около 25 т. Дальность плавания полным ходом — 1290 миль, оперативно-экономическим — 3550 миль, технико-экономическим — 5000 миль.

Гребные винты — четырехлопастные, малошумные, переменного шага, с обтекателем. Вес каждого 7650 кг, диаметр 3,5 м. Число оборотов гребного вала — 320 об/мин.

При проектировании особое внимание уделялось снижению физических полей корабля и уровня помех работе ГАС. Были рименены двухкаскадная амортизация главных механизмов, вибродемпфирующие покрытия, установлена система пузырькового облака «Пелена». В результате СКР проекта 1135 имели для своего времени очень низкий уровень акустического поля и были самыми малошумными надводными кораблями советского ВМФ.

Главное оружие СКР проекта 1135 — противолодочный управляемый ракетный комплекс УРПК-4 «Метель» с автономной системой управления «Муссон». Комплекс состоит из твердотопливной телеуправляемой ракеты 85Р с боевой частью — самонаводящейся противолодочной торпедой, пусковых установок, корабельной системы наведения и предстартовой автоматики.

Пусковые установки КТ-106 имеют четыре контейнера и наводятся в горизонтальной плоскости, что позволяет производить атаку без дополнительного маневрирования. Стрельба УРПК-4 производится двухракетными залпами или одиночными ракетоторпедами поданным собственных ГАС и внешних источников целеуказания — кораблей, вертолетов или гидроакустических буев на дальностях от 6 до 50 км. Система управления позволяет корректировать траекторию полета ракеты в зависимости от изменения текущего акустического пеленга на цель.

В качестве боевой части ракеты 85Р используется самонаводящаяся торпеда АТ-2УМ. По команде корабельной системы управления торпеда в расчетной точке нахождения ПЛ отделяется от ракеты и приводняется на парашюте, затем заглубляется, проводит циркуляционный поиск системой самонаведения и поражает цель. Глубина погружения торпеды АТ-2УМ — 400 м. Скорость в режиме поиска — 23 узла, в режиме наведения — 40 узлов. Дальность хода — 8 км. Радиус реагирования активно-пассивной системы самонаведения торпеды — 1000 м, масса заряда ВВ — 100 кг.

Дальнейшим развитием УРПК-4 стал комплекс УРПК-5 «Раструб» с ракетоторпедой 85РУ, способной поражать не только подводные, но и надводные цели (так попытались скомпенсировать отсутствие противокорабельных ракет). При этом целеуказание может поступать со всех радиолокационных станций корабля. Боевая часть ракетоторпеды — торпеда УМГТ — по сравнению с АТ-2УМ имеет большие скорость хода и радиус реагирования системы самонаведения.

В дополнение к комплексу УРПК корабли пр.1135 получили по две реактивные бомбометные установки РБУ-6000 «Смерч-2».

Корабль оснащен двумя ЗРК «Оса-М». Зенитные ракетные комплексы малой дальности «Оса» для сухопутной армии и «Оса-М» для ВМФ создавались по единому ТТЗ и без существенных различий. Обе модификации ЗРК используют одну и ту же ракету 9М33. В состав комплекса, помимо пусковой установки, входят средства сопровождения целей, визирования ракет и подачи команд, а также РЛС обнаружения. Дальность обнаружения цели, летящей на высоте 3,5 — 4 км, составляет около 25 км, на больших высотах — до 50 км. Возможен прием целеуказания и от корабельной РЛС воздушного наблюдения. Координаты опознанной цели поступают в систему сопровождения для наведения антенного поста по пеленгу и допоиску по углу места. Совмещение режимов обнаружения и захвата сокращает время реакции комплекса на 6 — 8 с.

После пуска первой ракеты происходит поворот барабана, обеспечивающий выход на линию заряжания очередной ракеты, а после пуска второй пусковые балки автоматически становятся вертикально, поворачиваются к ближайшей паре барабанов, и подъемная часть ПУ опускается за очередной парой ракет. Время перезаряжания установки — 16 — 21 с, скорострельность — 2 выстр./мин по воздушным целям, 2,8 — по надводным.

В 1973 году на вооружение поступил усовершенствованный вариант ЗРК «Оса-М2», а в 1979-м — «Оса-МА». У последнего минимальная высота поражения уменьшилась с 60 до 25 м. В первой половине 80-х годов комплексы прошли модернизацию с целью повышения эффективности борьбы с низколетящими противокорабельными ракетами. Модернизированный ЗРК «Оса-МА-2» мог поражать цели на высотах от 5 м.

Артиллерийское вооружение СКР проекта 1135 — арткомплекс АК-726-МР-105, состоящий из двух 76,2-мм спаренных автоматизированных артустановок АК-726. Начиная с 22-го корабля серии вместо комплекса АК-726-МР-105 устанавливался АК-100-МР-145 из двух 100-мм одноорудийных артиллерийских установок АК-100.

На всех СКР установлено по два 533-мм четырехтрубных торпедных аппарата ЧТА-53-1135. Типы используемых торпед — СЭТ-65 или 53-65К. В кормовой части палубы имеются минные рельсы, на которые можно принять 16 мин ИГДМ-500, 12 КСМ или 14 КРАБ.

Говоря о сторожевиках пр.1135, их командиры проявляют редкое единодушие в положительной оценке этих кораблей. Все отмечают высокую надежность, управляемость, мореходность, хорошие бытовые условия. Минимальные отличия между серийными кораблями свидетельствуют об оптимальности конструкции. «Одиннадцать-тридцать пятый», безусловно, являлся образцом самой передовой техники своего времени. Перечень примененных на нем новшеств поистине впечатляющ: оригинальная газотурбинная энергоустановка, маршевая редукторная приставка, подкильная и буксируемая ГАС, перспективный ЗРК, «длинная рука» для охоты за вражескими атомными субмаринами — ПЛРК «Метель» и многое другое.

Сторожевой корабль «Беззаветный» был зачислен в списки кораблей 04.06.1973 г. и 28.05.1976 г. заложен на стапеле ССЗ “Залив” в Керчи (заводской номер №14). Спущен на воду 07.05.1977 г., вступил в строй 30.12.1977 г. и 17.02.1978 г. включен в состав КЧФ.

10.08 — 13.08.1979 г. нанес визит в Варну (Болгария); 26.03 — 31.03.1987 г. — в Стамбул (Турция).

Этот корабль интересен тем, что непосредственно участвовал в нашумевшей операции по выдворению из советских территориальных вод в районе Фороса американских военных кораблей.

В начале февраля месяца 1988 года стало известно о предстоящем заходе в Черное море ракетного крейсера «Йорктаун» и эсминца «Кэрон» из состава 6-го флота США. Американские корабли, пройдя турецкие проливы, 12 февраля вошли в Черное море. Их сразу же взяли под наблюдение корабли разведки Черноморского флота. В тот же день командующему Черноморским флотом адмиралу Михаилу Хронопуло был отдан приказ действовать в соответствии с ранее полученной директивой — в случае нарушения ими госграницы действовать решительно, вплоть до навала на данные корабли.

В эту операцию были назначены два сторожевых корабля: «Беззаветный» и СКР-6. Двум СКР Черноморского флота надлежало стать основной силой, предназначенной для пресечения возможных действий по нарушению границы территориальных вод страны.

По данным центрального командного пункта (ЦКП) ВМФ СССР, события в районе между Ялтой и Форосом, куда пришли американцы, выглядели следующим образом. В 09.45 12 февраля 1988 года, т.е. за полчаса до предполагаемого входа американцев в форосский залив, с «Беззаветного» открытым текстом передали на «Йорктаун»: «Ваш курс ведет к пересечению территориальных вод СССР». Предлагаю лечь на курс 110.» Сигнал был оставлен без ответа.

Тогда начальник штаба ЧФ приказывает командиру «Беззаветного» передать на американский крейсер следующее предупреждение по радио: «По существующим советским законам, право мирного прохода иностранными военными кораблями в этом районе запрещено. Во избежание инцидента, настоятельно рекомендую изменить Ваш курс с целью предотвращения нарушения территориальных вод СССР». В 10.15 с «Йорктауна» поступил ответ: «Вас понял. Я ничего не нарушаю. Действую согласно международным правилам».

Тогда в дело вмешался сам командующий ЧФ адмирал Хронопуло. По его приказу «Беззаветный» передает на американский крейсер предупреждение: До входа в территориальные воды СССР — 20 кабельтовых. В случае нарушения Вами территоиальных вод имею приказ вытеснять Вас вплоть до навала». В 10.45 «Йорктаун» вновь отвечает на «Беззаветный» стандартной фразой: «Курс менять не буду. Пользуюсь правом мирного прохода. Ничего не нарушаю». И тут же пересекает границу территориальных вод СССР. Вслед за ним это делает и следовавший в кильватер ракетному крейсеру эсминец «Кэрон». Пограничный СКР «Измаил» поднимает сигнал: «Вы нарушили границу территориальных вод СССР».

Тем временем СКР-6 стал догонять американский эсминец, который уклонился от навала увеличением скорости хода. Однако СКР-6 продолжал следовать за эсминцем. Тут же все советские корабли подняли сигнал: «Вы нарушили государственную границу СССР. Требую немедленно покинуть воды СССР». «Беззаветный» в это время находился на траверзе левого борта «Йорктауна», а СКР-6 следовал в кильватер эсминцу «Кэрон». Американские корабли продолжали двигаться в сторону крымского побережья. Вероятно, изменение курса не предусматривалось планами американской стороны или же это было уже вне компетенции командиров кораблей.

В 10.56 эсминец «Кэрон», заметив решительный маневр догонявшего его СКР-6, который находился в 150 метрах, поспешно поднял сигнал:» Не подходить к борту!» В это же время «Беззаветный» следовал всего в полусотне метров от «Йорктауна». Последовал последний обмен сигналами. И вновь на сообщение «Беззаветного» о нарушении границы с «Йорктауна» ответили отрицательно. И тогда оба черноморских сторожевика, резко увеличив ход, начали навал на вдвое более крупные американские корабли. «Беззаветный» постоянно докладывал на командный пункт флота в Севастополе дистанцию: «до крейсера 20 метров, 10 метров…». В 11.02 «Беззаветный» навалился на левый борт крейсера, со скрежетом он прошелся по леерам и пусковой установке ракет «Гарпун», смяв их.

Тем временем СКР-6 навалился на левый борт в кормовой части эсминца «Кэрон», повредив ему ему шлюпку и шлюпбалку. На СКР-6 был смят фальшборт и погнуты леерные стойки. Только точный расчет и мастерство командиров обоих кораблей позволили выполнить непростой приказ, продемонстрировав решительность собственных намерений, не переходя при этом опасную грань.

Одновременно с этим, в этой сложной ситуации все же удалось избежать более серьезных повреждений и человеческих жертв. В 11.40 адмирал Хронопуло передал на «Беззаветный» и СКР-6 приказ из Москвы: «Отойти от кораблей США, передать им требование покинуть территориальные воды СССР. Быть готовыми к повторному навалу». Отойдя от американских кораблей на безопасное расстояние, оба сторожевика продолжили сопровождение нарушителей в полной готовности к повторению маневра. Однако необходимость в этом отпала. Оба американских корабля легли на курс выхода из территориальных вод, не рискнув возвращаться тем же путем, как они это практиковали прежде. Выйдя в нейтральные воды, они легли в дрейф, ведя активные переговоры по радио со своим начальством. Затем оба корабля взяли курс в сторону Босфора, не заходя более в советские территориальные воды.

В 1988 г. корабль завоевал приз ГК ВМФ по противолодочной подготовке (в составе КПУГ).

14.07.1997 г. «Беззаветный» был расформирован, а 01.08.1997 г. передан ВМС Украины и переименован в “Днепропетровск” (U134). 08.09.1997 г . исключен из состава ВМФ РФ.

В последний путь… 

В октябре 2002 г. корабль был выведен из состава боевых кораблей ВМС Украины. За время нахождения в состве ВМСУ по прямому предназначению не использовался, ни разу не выходив в море. В декабре 2003 г.корабль переведен в категорию «техническое имущество», в апреле 2004 г. был подписал приказ о демилитаризации и утилизации корабля.

 

 

Гибель «Беззаветного»…

26.03.2005 г. корабль был уведен на буксире из Севастополя и 12.05.2005 г. был затоплен в Чёрном море при буксировке, вероятно, с целью получения страховки.

Сторожевой корабль «СКР-6»

ТТД: Водоизмещение: 1140 т. Размеры: длина — 82,4 м, ширина — 9,1 м, осадка — 3 м. Скорость полного хода: 32 узла. Дальность плавания: 2000 миль при 14 узлах. Силовая установка: ГТУ 2×18000 л.с., дизеля 2×6000 л.с. Вооружение: 2×2 76-мм артустановки АК-726, 2×5 400-мм торпедных аппарата, 2×12 реактивных бомбомета РБУ-6000 (120 РГБ-60). Экипаж: 96 человек

История корабля: Сторожевой корабль пр.35

Сторожевой корабль СКР-6

В конце 50-х годов постоянно велись исследования по разработке мощного морского охотника, получившего номер проекта 159. Новый вариант этого корабля получившего номер проекта 35, вначале классифицировался как большой охотник, затем — как МПК, а позже — как СКР. Эти сторожевики отличались от своего прототипа более мощной ГЭУ и оригинальным гидротурбинным движителем: вращаемые дизелями гребные винты были помещены в трубы, в которые нагнетался воздух, создавая дополнительную тягу. В таком режиме скорость возрастала до 32 узлов; без применения форсажа она составляла 20 узлов.

При сохранении главных размерений проекта 159, состав вооружения данного корабля отличался заменой четырех РБУ-2500 на второй пятитрубный 400-мм торпедный аппарат и на 2 РБУ-6000. Вместо РЛС «Фут-Н» устанавливалась РЛС «Рубка», на части кораблей устанавливалась РЛС управления «Турель».

Головной корабль проекта 35 вступил в строй 25 декабря 1964 года. Вся серия из 18 кораблей была построена до 1967 года. Затем, по модернизируемому проекту 35М было предусмотрено снять кормовой 400-мм торпедный аппарат, дополнительно разместить 2 РБУ-6000 и вместо ГАС «Титан» с «Вычегдой» установить новые — подкильную «Платина-МС» и буксируемую «Рось-К». За период с 1973 года по 1978 год было модернизировано 8 кораблей.

Сторожевой корабль СКР-6 был 10.04.1963 г. заложен на стапеле ССЗ № 820 в Калининграде (заводской № 182). Спущен на воду 06.02.1964 г. и 12.03.1966 г. зачислен в списки кораблей ВМФ. Вступил в строй 30.11.1966 г. и 12.12.1966 г. включен в состав ДКБФ.

До 19.05.1966 г. относился к подклассу ПЛК. 28.07.1967 г. перечислен в состав КЧФ и летом 1967 г. совершил межфлотский переход вокруг Скандинавии из Балтийска в Севастополь.

01.06 — 31.06.1967 г. и 01.01 — 31.12.1968 г., находясь при несении боевой службы в зоне военных действий на Средиземном море, выполнял задачу по оказанию помощи вооруженным силам Египта.

С 19.07.1976 г. по 02.03.1978 г. и с 23.01.1984 г. по 08.04.1986 г. на “Севморзаводе” им. С.Орджоникидзе в Севастополе проходил капитальный ремонт.

Сторожевой корабль «СКР-6» непосредственно участвовал в нашумевшей операции по выдворению из советских территориальных вод в районе Фороса американских военных кораблей.

В начале февраля месяца 1988 года стало известно о предстоящем заходе в Черное море ракетного крейсера «Йорктаун» и эсминца «Кэрон» из состава 6-го флота США. Американские корабли, пройдя турецкие проливы, 12 февраля вошли в Черное море. Их сразу же взяли под наблюдение корабли разведки Черноморского флота. В тот же день командующему Черноморским флотом адмиралу Михаилу Хронопуло был отдан приказ действовать в соответствии с ранее полученной директивой — в случае нарушения ими госграницы действовать решительно, вплоть до навала на данные корабли.

В эту операцию были назначены два сторожевых корабля: «Беззаветный» и СКР-6. Двум СКР Черноморского флота надлежало стать основной силой, предназначенной для пресечения возможных действий по нарушению границы территориальных вод страны.

По данным центрального командного пункта (ЦКП) ВМФ СССР, события в районе между Ялтой и Форосом, куда пришли американцы, выглядели следующим образом. В 09.45 12 февраля 1988 года, т.е. за полчаса до предполагаемого входа американцев в форосский залив, с «Беззаветного» открытым текстом передали на «Йорктаун»: «Ваш курс ведет к пересечению территориальных вод СССР». Предлагаю лечь на курс 110.» Сигнал был оставлен без ответа.

Тогда начальник штаба ЧФ приказывает командиру «Беззаветного» передать на американский крейсер следующее предупреждение по радио: «По существующим советским законам, право мирного прохода иностранными военными кораблями в этом районе запрещено. Во избежание инцидента, настоятельно рекомендую изменить Ваш курс с целью предотвращения нарушения территориальных вод СССР». В 10.15 с «Йорктауна» поступил ответ: «Вас понял. Я ничего не нарушаю. Действую согласно международным правилам».

Тогда в дело вмешался сам командующий ЧФ адмирал Хронопуло. По его приказу «Беззаветный» передает на американский крейсер предупреждение: «До входа в территориальные воды СССР — 20 кабельтовых. В случае нарушения Вами территоиальных вод имею приказ вытеснять Вас вплоть до навала». В 10.45 «Йорктаун» вновь отвечает на «Беззаветный» стандартной фразой: «Курс менять не буду. Пользуюсь правом мирного прохода. Ничего не нарушаю». И тут же пересекает границу территориальных вод СССР. Вслед за ним это делает и следовавший в кильватер ракетному крейсеру эсминец «Кэрон». Пограничный СКР «Измаил» поднимает сигнал: «Вы нарушили границу территориальных вод СССР».

Тем временем «СКР-6» стал догонять американский эсминец, который уклонился от навала увеличением скорости хода. Однако «СКР-6» продолжал следовать за эсминцем. Тут же все советские корабли подняли сигнал: «Вы нарушили государственную границу СССР. Требую немедленно покинуть воды СССР». «Беззаветный» в это время находился на траверзе левого борта «Йорктауна», а СКР-6 следовал в кильватер эсминцу «Кэрон». Американские корабли продолжали двигаться в сторону крымского побережья. Вероятно, изменение курса не предусматривалось планами американской стороны или же это было уже вне компетенции командиров кораблей.

В 10.56 эсминец «Кэрон», заметив решительный маневр догонявшего его «СКР-6″, который находился в 150 метрах, поспешно поднял сигнал:» Не подходить к борту!» В это же время «Беззаветный» следовал всего в полусотне метров от «Йорктауна». Последовал последний обмен сигналами. И вновь на сообщение «Беззаветного» о нарушении границы с «Йорктауна» ответили отрицательно. И тогда оба черноморских сторожевика, резко увеличив ход, начали навал на вдвое более крупные американские корабли. «Беззаветный» постоянно докладывал на командный пункт флота в Севастополе дистанцию: «до крейсера 20 метров, 10 метров…». На кормовой палубе «Йорктауна», столпились у борта матросы. Одни фотографируют приближение «Беззаветного», другие просто смотрят. Но вскоре всем им стало не до шуток — прямо на леера надвигался нос советского сторожевика. В 11.02 «Беззаветный» навалился на левый борт крейсера, со скрежетом он прошелся по леерам и пусковой установке ракет «Гарпун», смяв их.

Тем временем «СКР-6» навалился на левый борт в кормовой части эсминца «Кэрон», повредив ему ему шлюпку и шлюпбалку. На «СКР-6» был смят фальшборт и погнуты леерные стойки. Только точный расчет и мастерство командиров обоих кораблей позволили выполнить непростой приказ, продемонстрировав решительность собственных намерений, не переходя при этом опасную грань.

Одновременно с этим, в этой сложной ситуации все же удалось избежать более серьезных повреждений и человеческих жертв. В 11.40 адмирал Хронопуло передал на «Беззаветный» и «СКР-6» приказ из Москвы: «Отойти от кораблей США, передать им требование покинуть территориальные воды СССР. Быть готовыми к повторному навалу. Отойдя от американских кораблей на безопасное расстояние, оба сторожевика продолжили сопровождение нарушителей в полной готовности к повторению маневра. Однако необходимость в этом отпала. Оба американских корабля легли на курс выхода из территориальных вод, не рискнув возвращаться тем же путем, как они это практиковали прежде. Выйдя в нейтральные воды, они легли в дрейф, ведя активные переговоры по радио со своим начальством. Затем оба корабля взяли курс в сторону Босфора, не заходя более в советские территориальные воды.

19.04.1990 г. был исключен из состава ВМФ в связи со сдачей в ОФИ для разоружения, демонтажа и реализации. 01.08.1990 г. расформирован и позже разделан на металл в Севастополе.

Сайт: http://www.kchf.ru/ship/skr/skr6.htm; http://www.kchf.ru/ship/skr/bezzavetniy.htm

mil.sevhome.ru


Смотрите также