Добыча газа в сша


Добыча газа в США: начался обратный отсчет до катастрофы

Резкое снижение объемов сланцевой нефтедобычи в США стало началом конца, который может вылиться в катастрофичные последствия для американской экономики. И, к сожалению, понимают это очень немногие американцы.

Для обретения независимости в сфере энергетики, США нужно удвоить нынешние объемы нефтедобычи, учитывая, что на пике добычи в феврале 2015 года сланцевая нефтепромышленность США производила чуть более пяти миллионов баррелей в день.

Хотя, реальная проблема заключается не в удвоении объемов, а в возможности извлекать прибыль из этого процесса.

Сланцевая нефтедобыча и газодобыча США не приносит реальных доходов с 2009 года. Особенно это касается одного из крупнейших производителей природного газа в США Chesapeake Energy. Это второй по величине производитель природного газа в стране, который за последние десять лет не принес и пяти центов.

Фото: http://ktovkurse.com/

Как видно, Chesapeake Energy не получала положительный свободный денежный поток или реальную прибыль с 2006 года. Совершенно удивительное достижение второго по величине производителя природного газа в стране. Можно было бы подумать, что такая большая компания однозначно гарантирует прибыль.

Если же рассмотреть совокупный отрицательный свободный денежный поток за десятилетний период, то ситуация будет похожа на настоящее стихийное бедствие.

Фото: http://ktovkurse.com/

Chesapeake Energy потратила колоссальные на $60 млрд больше, чем поступило из операционных денежных потоков.

В основном, Chesapeake выманивали у инвесторов их с трудом заработанные деньги, чтобы дать Америке независимость в энергетической сфере или по крайней мере они пытались сделать это. К сожалению, многие из этих инвесторов до сих пор не понимают, что их обманули. Почему? Из-за того, что огромный долг Chesapeake и долги других сланцевых энергокомпаний проданы в виде облигаций и принадлежат многим государственным и частным пенсионным фондам.

Фото: http://ktovkurse.com/

И ситуация только усугубляется. Страховые компании инвестировали в схему Понци в сфере сланцевой энергетики США – что удивительно, так как страховые компании должны инвестировать в очень безопасные и консервативные активы.

Тем не менее, ультранизкие процентные ставки в банках, благодаря ФРС, заставили инвесторов и институты искать «высокодоходные» инвестиций. И несмотря на то, что сланцевая нефтяная промышленность на самом деле не приносит особых денег, она платит своим держателям облигаций по более высокой ставке, чем другие инвестиционные сегменты на рынке.

К сожалению, когда инвесторы или учреждения захотят получить доходы от своих первоначальных инвестиций в сфере сланцевой нефтедобычи, они узнают весьма неприятную правду.

Гвозди в гроб Chesapeake Energy

Chesapeake Energy является вторым по величине производителем природного газа в Соединенных Штатах. А теперь давайте посмотрим на ряд более тревожных признаков у Chesapeake.

Один из хитроумных способов финансирования операций при недостаточном денежном притоке – выполнить разводнение капитала. Если компания не может получить прибыль, значит, надо выпустить очередную порцию акций для очередной группы бедных разгильдяев.

Для того, чтобы выполнить свою роль в создании энергетически независимой Америки, Chesapeake Energy разводнила 70% своих акций на 319 млн за последнее десятилетие. И все бы ничего, если бы инвесторы были вознаграждены достойной стоимостью акций. К сожалению, производительность акций Chesapeake является столь же мрачной, как и процент от доли разводнения. Несмотря на то, что с начала года цена акций Chesapeake удвоилась, она снизилась на 75% со своего максимума в 2014 году.

Кроме того, стоимость акций Chesapeake в 2008 году составляли $62 за акцию, сегодня – лишь $7 за акцию. Всем опытным инвесторам, глотающим шумиху, раздуваемую СМИ, по поводу нового бычьего рынка в сфере энергетики, стоит посмотреть «электрокардиограмму» Chesapeake Energy.

Фото: http://ktovkurse.com/

Зеленые доллары представляют собой совокупные активы Chesapeake, красная линия показывает совокупные обязательства. Чтобы получить «справку» о том, что «пациент» здоров, активы компании должны перевесить ее долги и с большим отрывом.

В прошлом, возможно, все так и было, однако, сегодня мы видим неизлечимо больного пациента.

В третьем квартале 2016 года общая сумма обязательств Chesapeake оказалась выше на $13,7 млрд по сравнению с общим объемом активов в $12,5 млрд. Кому принадлежат долги в $9 млрд в Chesapeake?

Хорошо, допустим, есть небольшой шанс того, что Chesapeake сможет нарастить прибыль за счет добычи природного газа. Для этого потребуется больше расходов. И если посмотреть на график ниже, можно увидеть еще одну тревожную тенденцию:

Фото: http://ktovkurse.com/

Согласно данным, капитальные расходы Chesapeake упали на колоссальные 90%, составив $1,6 млрд, после пика в $14,7 млрд в 2012 году. Это, безусловно, движение в неправильном направлении.

Учитывая все финансовые показатели, будущее Chesapeake Energy выглядит довольно тускло. К сожалению, эти показатели отражают лишь часть стихийного бедствия в этой сфере.

Chesapeake Energy выживает за счет резкого снижения выплат роялти землевладельцам

Несмотря на то, что для финансирования своего бизнеса Chesapeake Energy пришлось потратить на $60 млрд больше, чем поступило из операционных денежных потоков, в период разводнения акций этого оказалось недостаточно. Согласно нескольким источникам, Chesapeake Energy решила сократить свои выплаты роялти землевладельцам, чтобы помочь сделать Америку энергетически независимой.

Вот как представляется эта ситуация в статье «How The Fracking Industry Avoids Paying Royalties To Its Landowners» на ecowatch.com:

«How The Fracking Industry Avoids Paying Royalties To Its Landowners»

Дон Фоснер владеет рогатым скотом на своих 370 акрах в северной Пенсильвании, но не получает прибыль от сельского хозяйства. Затем в 60 лет он продает все, кроме нескольких ягнят, и выходит на пенсию, сдавая в аренду землю для проведения бурения и добычи природного газа.

Выглядит многообещающе. Две скважины, пробуренные на его арендованной земле, могут принести десятки миллионов кубических футов природного газа. В декабре прошлого года он получил чек на $8506 за месяц сланцевых работ. Затем в один прекрасный день в апреле Фоснер вскрыл конверт роялти и обнаружил, что, несмотря на то, что его скважины по-прежнему производят такое же количество газа, фонтан наличных замедлился. На балансе было $1690.

Chesapeake Energy, компания, которая пробурила свои скважины, утаила почти 90% доли доходов Фоснера якобы для покрытия неопределенных расходов на «сборы», и не объяснила, почему.

«Они заявили, что вы станете миллионером через несколько лет, но этого не произошло. Я думаю, от нас ждали, что мы согласимся на любые их условия», — отметил Фоснер.

geoenergetics.ru

Сланцевый газ в США: мифы и реальные риски для России - Химическая Техника

Автор: А.И. Гривач (Фонд национальной энергетической безопасности).

Опубликовано в журнале Химическая техника №11/2014

О наличии в сланцевых породах природного газа и нефти было известно очень давно. Согласно общеизвестным данным, первая коммерческая скважина в сланцевой залежи была пробурена в Соединенных Штатах еще в 1821 г. в штате Нью-Йорк задолго до начала добычи природного газа из месторождений, которые принято называть традиционными. Добываемый газ использовался для бытовых нужд, а также уличных фонарей.

В ХХ веке более или менее активная разработка сланцев возобновилась только в конце 80-х годов в Мичигане на сланцевой залежиAntrim. 15 лет назад в США добывалось всего около 8,5 млрд. м3 сланцевого газа и три четверти приходилось на долю этого бассейна. После 2003 г. добыча газа из AntrimShale несколько снизилась и в последние годы стабилизировалась на уровне 3…4 млрд. м3 газа в год.

Между тем, к 2006 г. шло постепенное освоение других бассейнов – Barnett Shale в Техасе и Оклахоме и Marcellus (Западная Вирджиния, Пенсильвания и Нью-Йорк в районе Аппалачей). Добыча росла плавно на ~1,5 млрд. м3 в год и в 2006 г. достигла 22 млрд. м3 (всего около 4% американской добычи). Никакого бума или прорыва ход развития событий не предвещал.

Извлекать углеводороды из твердой сланцевой породы, где они заключены в небольших плохо сообщающихся коллекторах, сложно.

За счет применения технологии горизонтального бурения в сочетании с многостадийным гидроразрывом пласта (фрэкинг) плюс 3D моделирование пластов для определения так называемых «сладких кусочков» удалось извлекать эти углеводороды в больших количествах.

Рис. 1. Схема разработки сланцевых ресурсов

В скважину под давлением закачивают смесь воды, песка и химикатов, через возникшие трещины газ поступает в скважину (рис. 1). Приток падает очень быстро: примерно вдвое в течение первого года. Нужно постоянно бурить и делать новые операции по стимулированию.

Кроме того, считается, что в 2005 г. лобби сервисных компаний во главе с Halliburton «продавило» через Конгресс и администрацию США поправки в закон о природопользовании, которые открыли дорогу к практически бесконтрольному применению фрэкинга, что помимо прочего предполагает использование больших объемов воды и химикатов. Затем процесс перекинулся с техасского Barnett на соседние залежи – Haynesville (Луизиана/Техас), Fayetteville (Арканзас), Woodford (Оклахома) и Marcellus (растянулись сразу на четыре штата – Западная Вирджиния, Пенсильвания, Нью-Йорк и Огайо в районе Аппалачей).

Собственно эти пять залежей и составляют основу американского сланцевого бума. Еще две залежи – Bakken (Северная Дакота) и Eagle Ford (Техас), где ведется активная разработка ресурсов сланцевой нефти, производят также существенные объемы попутного газа.

Один из главных мифов: у США есть запасы сланцевого газа на 100 лет. Тиражировать его не стесняются ни СМИ, ни крупные инвестиционные банки, ни даже Президент Соединенных Штатов Барак Обама.

На самом деле именно Соединенные Штаты являются законодателями мод на спекулятивность оценок ресурсов и запасов сланцевого газа.

Энергетическое информационное агентство США – официальный орган, который собирает статистику, готовит исследования, хоть формально независим от американского правительства, но все-таки живет на деньги налогоплательщиков.

Рис. 2. Доказанные запасы газа на сланцевых залежах США (источник: US EIA)

Это – главный манипулятор данными о запасах и ресурсах сланцевого газа в США (рис. 2). Именно оно первым запустило байку про 100 лет, которая спровоцировала первый бум разработки сланцевых ресурсов в конце 2000-х годов.

Ресурсы и запасы сланцевых залежей по данным EIA на конец 2010 г., млрд м3  (источник: US EIA)

Доказанные запасы Технически извлекаемые ресурсы
Barnett 880 1230
Fayetteville 354 900
Woodford 275 620
Haynesville 694 2100
Marcellus 374 11600
Прочие 121 4700
Всего 2763 21200

Тем не менее, пиар-кампания сыграла свою роль. В сланцы не инвестировал только ленивый или хорошо осведомленный о рисках. Это привело к бурному росту добычи сланцевого газа в США. За счет разработки ресурсов сланцевого газа США смогли компенсировать падение добычи газа из традиционных месторождений на суше и неглубоководном шельфе. Добыча углеводородов на глубоководном шельфе Мексиканского залива оказалась слишком сложной и рискованной.

Сланцевый газ позволил Соединенным Штатам отказаться от импорта СПГ (несмотря на построенные мощности по регазификации стоимостью более 10 млрд. долларов), снизить объемы импорта трубопроводного газа из Канады, обвалить оптовые цены на газ на внутреннем рынке из-за избыточного предложения и задуматься о реализации проектов по экспорту СПГ.

Однако уже в 2013 г. по сравнению с 2012 г. это падение традиционной добычи было сопоставимо с ростом производства сланцевого газа. В итоге общая добыча газа в США в 2013 г. впервые практически за 10 лет не выросла. Чем это можно объяснить? И насколько это монументальная тенденция?

Рис. 3. Добыча товарного газа из сланцевых месторождений США (источник: US EIA): 1 – Marcellus; 2 – Haynesville; 3 – Barnett; 4 – прочие; 5 – Eagle Ford; 6 – Fayetteville;7 – Woodford; 8 – Bakken

На рис. 3 представлены графики добычи сланцевого газа из основных залежей. Видно, что залежи сланцевого газа делятся на те, на которых добыча развивается постепенно (это немного похоже на добычу на традиционных газовых месторождениях), и на те, на которых добыча резко возрастает. Ко вторым относятся, например, Haynesville в Луизиане, Marcellus – лидер (или, как его называют, жемчужина американской сланцевой индустрии) и отчасти Eagle Ford, которая является самой нефтяной из газовых и самой газовой из нефтяных сланцевых залежей в Соединенных Штатах.

Показательна судьба сланцевой залежи Haynesville – предыдущей надежды и опоры сланцевой индустрии, которая развивалась с 2009 по 2012 гг. с выходом на полную мощность и резким обвалом в 2013 г.

Почему это произошло? Когда цены на газ в Соединенных Штатах стали низкими (в 2012 году они находились на уровне 100 долларов за 1 тыс. м3) произошло резкое снижение инвестиций в бурение на этой залежи, и поддержание добычи на ней в дальнейшем стало невозможно. Это одна из особенностей сланцевой индустрии: нужно постоянно бурить. Происходит процесс замещения капитальных вложений операционными.

Стирается грань, которую мы видим в традиционной индустрии, когда вкладываешь, а потом получаешь отдачу в виде стабильной добычи на долгие годы. Это, как белка, которая крутит колесо: если ты не вкладываешь деньги в бурение, в проведение инфраструктуры, то, учитывая некую инерционность процесса, максимум через год–два начинается падение добычи газа.

Marcellus – очень большая сланцевая залежь, и мы ожидаем, что на ней стремление добычи вверх может продолжаться какое-то время.

Но в какой-то момент, если цены на газ не станут экономически привлекательными для поддержания инвестиций в добычу на этой залежи, то она повторит судьбу Haynesville. Несколько слов об экономике.

К сожалению, из-за системы перекрестного субсидирования, которая сложилась на американском рынке сланцевых разработок, т.е. за счет продажи добытых жидких фракций (конденсат или нефть) газ становится побочным продуктом, который ничего не стоит и который можно продать за любую цену.

Мы проанализировали систему капитальных вложений, которые на самом деле для сланцевых компаний во многом являются операционными (например, для Barnett Shale в Техасе, самого старого сланцевого месторождения и самого классического, поскольку именно там началось так называемая, в американских терминах, сланцевая революция).

Добыча с 2005 по 2010 г. на месторождении составила 178 млрд. м3 газа. За этот период было пробурено 12 тыс. скважин. (Чтобы понимать масштаб: у «Газпрома» в эксплуатации находится всего 8 тыс. скважин, а на Barnett Shale за 6 лет было пробурено в 1,5 раза больше). Данные по капитальным затратам на разведку и добычу, к сожалению, компании не предоставляют, но мы взяли их из исследования, которые провела (по заказу руководства штата Техас) консалтинговая компания Perryman Group с целью оценить позитивность влияния разработки месторождения Barnett на экономику штата (т.е. компанию сложно заподозрить в том, что она сознательно ухудшает параметры разработки). Компания предоставила такую информацию: за этот период капитальные затраты на добычу углеводородов составили 70 млрд. долларов. Еще 18 млрд. было заплачено владельцам земли в качестве лизинговых взносов или роялти. Таким образом, общие затраты компании для добычи 180 млрд. м3 газа составили 88 млрд. долларов.

Далее: цены на газ в этот период были достаточно высокими (сейчас многие производители о таких, наверно, только мечтают) – 237 долларов за 1 тыс. м3 – это оптовая цена на главной спотовой площадке Соединенных Штатов HenryHub. При этом добывающие компании, как правило, имеют возможность продавать этот газ с дисконтом от 20 до 50%. По данным самого крупного производителя газа на Barnett (DevonEnergy), цена реализации 1 тыс. м3 составляла за тот же период 177 долларов. Если посчитать выручку компании от продажи газа по этой цене, то в среднем за 6 лет (с 2005 по 2010 г.) она составила 31 млрд. долларов, при капитальных вложениях 88 млрд. Кажется, это повод задуматься о том, что экономика здесь не совсем работает.

Для того чтобы рассмотреть эту ситуацию на корпоративном примере, возьмем одного из ведущих производителей сланцевого газа и вторую по величине компанию по добыче газа в Соединенных Штатах (Chesapeake Energy) и их финансовые показатели за последние 5 лет, включая период самых тяжелых лет для американского газового рынка (2012 г. и отчасти 2011 и 2013 гг.). За 5 лет поступления от операционной деятельности этой компании составили около 22 млрд. долларов. При этом капитальные вложения в тот же период были около 50 млрд.

За счет чего компания выживала? Chesapeake Energy выживала за счет того, что продавала активы, которые приобрела на заре этой сланцевой эйфории, активы, которые были переоценены благодаря тому, что американский инвестиционный рынок очень развит. Инструментально там много дешевых денег, и если есть тренд, и обслуживающий этот тренд инвестиционный банк заявляет, что это новый Клондайк, Эльдорадо, то мобильность финансовых ресурсов сильно растет.

Плюс были определенные со стороны регулирующих органов завышения запасов и ресурсного потенциала сланцевого газа, которые впоследствии были серьезным образом пересмотрены. Ресурсы того же Marcellus в 2010 г. были снижены в 4 раза по сравнению с объявленными в 2008 г. Так вот, компания продала активов на 30 млрд. долларов. Это в 4 раза больше ее годовой выручки.

За счет чего же продолжается рост добычи? Ответ на этот вопрос комплексный. Во-первых, добычу сланцевого газа сложно прогнозировать и регулировать в соответствии с потребностями рынка. Если на обычном месторождении можно легко снизить добычу за счет консервации скважин, то в случае со сланцевыми месторождениями это, как правило, невозможно. На время вывести из эксплуатации добывающую скважину (после проведения фрэкинга) бессмысленно, поскольку это приведет к потере ресурса. Можно лишь отложить ввод пробуренных, но еще не подвергавшихся фрэкингу скважин, что и произошло на Marcellus в 2012 г. Снижение объемов бурения в 2011–2012 гг. отчасти было компенсировано вводом в строй пробуренных в период бума, но еще незаконченных скважин.

Кроме того, компании стали более рачительно подходить к выбору участков для бурения, предпочитая так называемые «лакомые кусочки» (sweet spots). К чему это приведет в ближайшее время? По мере исчерпания самых привлекательных участков начнет снижаться эффективность бурения и стимулирования отдачи скважин. Это уже произошло на большинстве залежей, кроме самой большой Marcellus и нефтяных Eagle Ford и Bakken.

Во-вторых, экономика процесса разработки сланцевых запасов поддерживалась обязательствами компаний. С одной стороны, добывающие компании были обязаны бурить на арендованных территориях, чтобы не потерять права на участки и не платить за аренду впустую, а с другой – они были заложниками обязательств перед финансовыми организациями и прямыми инвесторами, которые кредитовали и вкладывали средства в капитал.

Кроме того, в процессе разработки сланцевых месторождений, особенно в Арканзасе, на севере Луизианы и других новых районах добычи, приходилось брать на себя обязательства по загрузке новых газотранспортных мощностей. Например, купленная BHP Billiton компания Petrohawk должна обеспечивать загрузку газопровода, построенного совместно с газотранспортным концерном Kinder Morgan от месторождения Haynesville (загрузка до 2015 г. предусматривается в объемах 6,7 млрд. м3 в 2012 г., 9,2 млрд. м3 в 2013 г. и 10,2 млрд. м3 в 2014 г.), или же уплатить транспортный тариф (shiporpay). Аналогичные обязательства есть и у остальных производителей.

В-третьих, высокие цены на нефть, конденсат и относительно высокие на сжиженные углеводородные газы позволяли производителям частично покрывать убытки от добычи газа.

В-четвертых, вместе со сланцевой лихорадкой бурно рос рынок сланцевых активов. Сначала на волне успеха в развитии добычи и в условиях относительно высоких цен на газ на рынок вышли крупные американские и иностранные корпорации. Exxon Mobil приобрел одного из крупнейших производителей сланцевого газа – техасскую XTO Energy за 40 млрд. долларов, активы приобрели ConocoPhilips, Chevron, BP, Statoil, Eni, Shell, BHP Billiton и другие. Total стала партнером Chesapeak в разработке Barnett Shale. После падения цен на газ началась вторая волна привлечения инвесторов, на этот раз в основном китайских и японских.

Всего по данным EIA на март 2013 г., с 2008 г. были заключены сделки по сланцевым активам на сумму более 133 млрд. долларов (деньги и обязательства по финансированию буровых работ мажоритарного партнера). Из них 20% пришлось на иностранные инвестиции, в том числе около 8 млрд. долларов в Marcellus, около 3 млрд. долларов – в Barnett и 1,5 млрд. долларов – в Haynesville (50%).

Проблемы и риски для России могут появиться только, если произойдет экспорт больших объемов сланцевого газа в виде СПГ и/или если масштабный опыт добычи сланцевого газа получит распространение в других регионах мира, прежде всего в Европу и Китай.

На наш взгляд, по экономическим причинам эти риски в настоящее время не слишком велики. Конкурентоспособность российского газа в Европе гораздо выше американского СПГ, и для трейдеров, которые будут экспортировать газ из США, гораздо привлекательнее выглядит премиальный азиатский рынок СПГ, где цены в 1,5–2 раза выше, чем в Европе.

Особые условия развития сланцевой индустрии США по сравнению с другими странами делают широкомасштабный экспорт этой практики малореальным, несмотря на наличие сланцевых залежей в других государствах. Уникальная комбинация развитого инвестиционного рынка, которая позволяет «надувать пузырь», внутри которого происходит рост добычи ресурсов, несмотря на в целом отрицательную экономику, с лояльностью населения, получающего прямые выгоды от разработки (в виде роялти или продажи земли по более высокой цене), слабым экологическим регулированием, высоким уровнем технологического развития, похоже, вряд ли существует или возникнет гделибо в мире.

chemtech.ru

Газовая промышленность США

Доказанные запасы природного в США на начало 2012 года, по данным Energy Information Administration (EIA), составляли 7,63 трлн куб. м (выше уровня 2009 года на 11,4%). За период 2000-2012 годовой прирост запасов составил 53,6% и был обеспечен, главным образом, освоением запасов сланцевого газа (в штатах Луизиана, Арканзас и Пенсильвания).

В 2012 году в США было добыто 751,8 млрд куб. м газа, что на 3,2% выше уровня 2009 года. С 2005 года по 2010 год валовая добыча газа в США увеличилась на 14,5%. Товарная добыча газа растет еще большими темпами, достигнув в 2010 году 631,8 млрд куб. м (с учетом потерь при добыче - 604 млрд куб. м). Рост обусловлен, главным образом, увеличением добычи газа из нетрадиционных источников, включая сланцевый газ (94,8 млрд куб. м в 2009 году) и метан угольных пластов (55,4 млрд куб. м).

Потребление газа*, (млрд. куб. м)

На долю США приходится около четверти мирового потребления природного газа. В 2012 году потребление газа в стране достигло 675,8 млрд куб. м, на 5,7% превысив уровень 2009 года.

В структуре потребления доля электроэнергетики составила 33%, промышленности - 30%, домохозяйств - 22%, коммерческого сектора - 15%.

Сланцевый природный газ - газ, добываемый из горючих сланцев, который состоит преимущественно из метана. На начало 2010 года доказанные запасы сланцевого газа в США составляли 1,7 трлн куб. м (прирост к 2009 году - 76,1%).

Первая коммерческая газовая скважина в сланцевых пластах была пробурена в США в 1821 году Вильямом Хартом во Фредонии, в Нью-Йорке, который считается в США «отцом природного газа». Инициаторами масштабного производства сланцевого газа являются Джордж П. Митчелл и Том Л. Уорд.

Масштабное промышленное производство сланцевого газа было начато компанией Devon Energy в начале 2000-х на месторождении Barnett Shale, которая на этом месторождении в 2002 г. пробурила впервые горизонтальную скважину. Благодаря резкому росту его добычи, названному в СМИ «газовой революцией», в 2009 году США стали мировым лидером добычи газа (включая сланцевый газ), а именно = 745,3 млрд. куб. м., причем более 40% приходилось на нетрадиционные источники (метан из угольных пластов и сланцевый газ). К 2010 году добыча сланцевого газа достигла 51 млрд. куб. м. К 2015 году добыча данного нетрадиционного сырья составит более 180 млрд. куб. м.

Крупнейшие сланцевые структуры в США расположены в штатах Техас, Луизиана, Арканзас, Оклахома и Пенсильвания:

  • - Barnett (741 млрд куб. м доказанных запасов, север Техаса);
  • - Haynessville/Bossier (293 млрд куб. м, север Луизианы - восток Техаса);
  • - Fayetteville (254 млрд куб. м, восток Оклахомы-Арканзас);
  • - Woodford (179 млрд куб. м, Оклахома);
  • - Marcellus (125 млрд куб. м, Пенсильвания);
Page 2

Электроэнергетика относится к числу наиболее быстро развивающихся отраслей экономики США. Крупнейшей государственной энергосистемой США является система гидравлических и тепловых электростанций в бассейне рек Теннесси и Камберленд, управляемых Администрацией реки Теннесси. Но около 80% всей электроэнергии вырабатывается в США на частных электростанциях, в том числе 4% -- на электростанциях промышленных предприятий.

По основным количественным показателям электроэнергетика США прочно занимает первое место в мире. Это относится и к установленной мощности всех электростанций, включая электростанции промышленных предприятий превысила 575 млн. кВт., и к выработке электроэнергии (4,25 трлн кВтч), и к ее суммарному потреблению (2260 млрд. кВт. ч.) А по выработке электроэнергии из расчета на душу населения (14,0 тыс. кВт*ч). США уступают только таким сравнительно небольшим по населению странам, как Норвегия, Канада, Исландия и Швеция. За 15 лет, среднегодовые темпы прироста промышленной продукции составили 3,6% в год, в то время как выработка электроэнергии возрастала за год в среднем на 6,6%.

Структура выработки электроэнергии в США в целом довольно типична для экономически развитых стран Запада: около 70 % ее дают ТЭС, работающие на угле (73 %), природном газе и мазуте(4%). Остальная электроэнергия производится на атомных (20 %) и гидравлических (10 %) станциях. Это означает, что США входят в ту группу стран, для которой характерно преобладание теплоэнергетики.

В последующие годы в связи с энергетическим кризисом роль угля как топлива для ТЭС снова стала возрастать. В связи с кризисом на рынках жидкого топлива ряд станций работавших на мазуте переведены в последние годы на уголь. Из вновь вводимых мощностей ТЭС 60% используют в качестве топлива битуминозный уголь и лигниты.

Гранд-Кули - самая крупная в США и пятая по мощности в мире гидроэлектростанция, которая ежегодно вырабатывает 20 Твт/ч электроэнергии.

Дамба Оахе - крупнейшая ГЕС на реке Миссури. Установленная мощность 112 290 кВт.

В размещении электроэнергетики США отчетливо наблюдается тенденция постепенного усиления значения южных штатов, в особенности Южноатлантических, и Юго-Западного центра.

Page 3

В 2010 году ветряные электростанции США выработали более 94 млрд. кВт/ч электроэнергии, что составило примерно 2,3% от всей электроэнергии, произведенной в США за 2010 год. Через год объем энергии, произведенной при помощи ветра был равен 120 ТВт/ч, что составило уже 2,9% от всей произведенной электроэнергии. Что указывает на стабильный рост индустрии.

Солнечная энергетика - направление нетрадиционной энергетики, основанное на непосредственном использовании солнечного излучения для получения энергии в каком-либо виде. В солнечной энергетике США занято 93,5 тыс. Чел. В 2010 году США добыли 2519 МВт.

К середине 60-х годов в США резко ускорилось развитие ядерной энергетики, которая уже в ближайшие десятилетий должна стать значительным поставщиком электроэнергии. Общая мощность действующих атомных электростанций превысила 42 млн. кВт, или 7,2 % мощностей всех электростанций. Мощности АЭС составляют 32,5% мировых мощностей атомных электростанций. В перспективе атомные электростанции, по национальной программе США, должны произвести около четверти электроэнергии страны. В настоящий момент в США действует около 80 АЭС. Основные районы концентрации АЭС - Северо-Восточный центр и Южноатлантические штаты. Но сейчас АЭС размещаются по территории страны уже более равномерно и в основном тяготеют к крупным промышленно-городским агломерациям.

Химическая промышленность -- одна из ведущих отраслей промышленности США. Современная структура химической промышленности направлена на производство полимерных материалов (синтетического каучука, химических волокон, пластмасс и синтетических смол), большинство из которых синтезируется на базе нефтехимического сырья. В США химическая промышленность начала развиваться позже, чем в Европе, но уже к 1913 по объёму производства химической продукции США заняли и с тех пор удерживают 1-е место в мире среди государств. Этому способствуют богатейшие запасы полезных ископаемых, развитая транспортная сеть, мощный внутренний рынок. Лишь к концу 80-х годов химическая индустрия стран ЕС в общем исчислении вновь превысила объёмы производства в США. Мощные предприятия химической промышленности функционируют в Лос-Анджелесе, Сан-Франциско. Заводы, которые производят химические удобрения, размещены по всей территории США.

В США около 96% всех отраслей обрабатывающей промышленности так или иначе связано с химическим производством и его продукцией. В химической промышленности США непосредственно занято 900 тыс. человек, а с учетом того, что каждое рабочее место в этой отрасли создает дополнительно 5 рабочих мест в смежных отраслях, всего в американской экономике 4,6 млн рабочих мест прямо или косвенно завязано на химическую промышленность. Химическое производство является относительно высокооплачиваемым: средний уровень заработной платы здесь составляет 78 тыс. долл. в год, что на 43% выше, чем в среднем по обрабатывающей промышленности .

Ежегодно США экспортируют химические товары на сумму более 170 млрд долл., что составляет 10% американского экспорта. Объем ежегодных капиталовложений в отрасль достигает 15 млрд долл., или 3,1% продаж. Для сравнения, в фармацевтической промышленности уровень капиталовложений составляет 5 млрд долл. В то же время в последнее десятилетие объем капитальных инвестиций в американскую химию снижается: за 1999-2009 гг. он сократился с 20 до 14,9 млрд долл. США являются нетто-импортером химической продукции. Поскольку производственная база американской обрабатывающей промышленности все больше переносится за рубеж, уступая место сфере услуг, потребление химикатов относительно сокращается, а темпы инвестиций в новые химические мощности значительно ниже по сравнению с другими странами мира.

В роли главного экспортера химической продукции в течение уже более двадцати лет сменяют друг друга Германия и США. Сейчас США занимает 2 место. Крупнейшим покупателем хим. товаров на протяжении многих лет остаются США. По экспорту США занимает 2 место (240 млрд. долл), а по импорту 1 место (250 млрд. долл). Мировая торговля неорганическими соединениями в 2012 г составила примерно 110 млрд долл, или около 5 % рынка хим продукции. По тоннажу США занимает сейчас 2 место (11 %). В импорте неорганических соединений прочно лидирует США (12,5 % мирового)

Мировая торговля орган соед в 2012г сост 460 млрд долл, 20 % рынка хим продукции. Крупнейш экспортер США - свыше 10 % миров. По импорту сша на 2 месте -12 %

Мировая торговля удобрениями в 2012 - 75 млрд долл. По экспорту сша на 4 месте- 7%. Так же и крупнейший импортер

Мировая торговля пластмассами в 2012 -560 млрд долл. Сша и тут остается традиционным лидером. У сша преобладают первичные полимеры . импорт 3 место

В экспорте фармацевтики сша на 4 месте- 8.5%ю. Крупнейший покупатель сша 13%

Бытовая химия. Экспорт сша 3 место- 11%. Импорт 1 место - 11%

Лакокрасоч . экспорт 3 место 10%. Импорт 2 место 9%

Удельный вес США и других ведущих развитых стран в мировом производстве химической продукции за прошедшее десятилетие заметно снизился вследствие прогресса этой отрасли в развивающихся странах.

По оценкам экспертов, к 2015г, США будут все больше концентрироваться на инновациях, совершенствовании технологических процессов и услугах. Производство будет смещаться в сторону фармацевтики при одновременном снижении темпов роста базовых химикатов и средств защиты растений

Крупнейшими химическими корпорациями мира являются американские компании, такие как Dow Chemical, LyondellBasell и DuPont, входящие в первую пятерку мировых лидеров. Кроме них, в США существует еще 170 крупных химических компаний. Они имеют 1700 филиалов и 2800 заводов по всему миру.

Химические компании развитых стран можно разделить на три группы. Первую группу образуют «товарные игроки», которые производят преимущественно базовые химикаты и пластики. На них приходится примерно треть всех глобальных продаж химической промышленности. Наиболее яркими представителями этой группы являются Dow Chemical (США) и Shell Chemical (Великобритания). Во вторую группу входят компании, производящие специальные виды химикатов для определенных потребителей. К таким относятся, например, швейцарская Clariant Chemical и немецкая Ciba Specialty Chemicals, производящие преимущественно краски и пигменты для текстильной и легкой промышленности. На них приходится 25% мирового химического производства. Наконец, третья группа - так называемые гибридные или диверсифицированные компании, производящие широкий спектр химической продукции вдоль всей цепочки добавленной стоимости. К этой группе относятся такие гиганты, как BASF, Bayer, DuPont, Mitsubishi Chemical, и на нее приходится 40% мирового производства. Ведущими мировыми химическими компаниями являются крупные диверсифицированные корпорации.

Крупнейшим в мире производителем химической продукции остаются США. На их долю в 2009 г. приходилось 18,6% мирового производства химикатов (таблица 1).

Химическая индустрия является наряду с машиностроением одной из ведущих отраслей промышленности США. По темпам роста химическая индустрия значительно опережает обрабатывающую промышленность в целом, уступая только радиоэлектронике. Производство химической продукции в США в среднем удваивается за каждые 10-12 лет. Технический прогресс способствовал резкому увеличению спроса на синтетические химикаты с заранее заданными свойствами, прежде всего на полимерные материалы (СК, химические волокна, пластмассы, синтетические смолы), большая часть которых синтезируется на базе нефтехимического сырья. Резко усилилось за последние годы значение ряда технических газов (кислорода, водорода, азота и его соединений, гелия), используемых для интенсификации процессов в металлургии и химической технологии, в виде компонентов ракетных топлив, для исследования космоса и т.д.

Структурно-сырьевые сдвиги способствовали перемещению химической промышленности из штатов Севера в богатые энергетическими ресурсами, углеводородным и горно-химическим сырьем южные штаты, в особенности расположенные на побережье Мексиканского залива. На этот район, в частности, приходится около половины производства нефтехимикатов в США. Предприятия Юга производят свыше половины всех вырабатываемых в стране технических химикатов (то есть химических полупродуктов, поступающих на дальнейшую переработку в пределах этой же отрасли или используемых в других отраслях промышленности, в строительстве и на транспорте), 60% полимерных материалов, свыше 50% удобрений и ядохимикатов и т.д., то есть сравнительно дешевые и многотоннажные продукты. Здесь расположены крупнейшие в стране химические предприятия: фирма «Юнион карбайд» -- в Чарлстоне (Западная Виргиния) и «Доу кемикл» -- во Фрипорте (Техас). Важнейшие центры химической промышленности Юга - Хьюстон («химическая столица» США), Чарлстон, Батон-Руж, Бомонт-Порт-Артур-Ориндж, Тексас-Сити.

Химическая промышленность Запада США играет в масштабах страны второстепенную роль; почти вся выпускаемая химическая продукция идет на удовлетворение собственных нужд района. Основные центры химической промышленности - Лос-Анджелес и Сан-Франциско.

studwood.ru

В США постоянно растет добыча газа. Как на этом заработать :: Новости :: РБК Quote

На американском рынке конкурирует несколько независимых газовых компаний. Некоторые из них распродают активы, другие наращивают добычу. Аналитики рассказали, как выбрать объект для инвестиций в газовом секторе

Фото: пользователя Maersk Drilling с сайта flickr.com

Рынок сжиженного природного газа (СПГ) на подъеме. Доля природного газа в мировом энергопотреблении растет; в разных регионах строят новые трубопроводы; добыча в США растет, а на извлечение метана переключаются даже нефтяные компании с большой историей. В таких условиях у инвесторов появляется шанс заработать на акциях независимых газодобывающих компаний.

В Соединенных Штатах есть несколько таких предприятий, которые с одной стороны рентабельны, с другой — иногда вынуждены избавляться от активов, в то время как инвесторы теряют уверенность в их надежности. Редакция РБК Quote выделила три газовых компании, Chesapeake Energy, EQT и Southwestern Energy, и попросила аналитиков сравнить их перспективы с точки зрения инвестиций.

Независимый производитель природного газа и сланцевой нефти Chesapeake Energy появился в 1989 году в штате Оклахома на юге США. С 1993 года акции компании торгуются на Нью-Йоркской бирже.

Бумаги торговались довольно динамично: до максимальной цены они поднялись в июне 2008 года. Тогда за одну акцию давали $70,11, вспоминает финансовый консультант Teletrade Михаил Грачев. После падения цен на нефть в 2014 году акции Chesapeake Energy стали снижаться и в январе 2016-го года потеряли 95% стоимости. К тому моменту они упали более чем в 40 раз по сравнению с пиком 2008 года.

Фото: пользователя GorissM с сайта flickr.com

Сейчас газовая компания испытывает сложности с ликвидностью  , поэтому вынуждена продавать активы, заявил аналитик «Фридом Финанс» Ален Сабитов. Это приводит к большей зависимости выручки от цены на энергоносители и меньшей устойчивости. Это также увеличивает нагрузку на текущие активы и может привести к снижению EBITDA  , полагает эксперт.

Доходы Chesapeake Energy сокращаются, а продажи активов, генерирующих денежные потоки, вредят EBITDA, подтвердил выводы Сабитова эксперт «Международного финансового центра» Гайдар Гасанов. Кроме того, цена природного газа ниже $3 за кубометр также не вносит ясности в стратегию, выбранную Chesapeake Energy. «Инвесторы не спешат осуществлять покупки акций, пока вопрос с долгом компании не будет решен», — констатировал Гасанов.

Акции недооценены по ключевым мультипликаторам  , однако это не означает, что компания интересна для покупки — финансовые показатели заложены в текущих ценах. «Именно поэтому отсутствие интереса к акциям порождает их недооцененность. Покупки акций этой компании — не лучший вариант размещения средств», — считает аналитик компании «ФинИст» Альберт Кятов. С этим согласны не все.

Так, аналитик соцсети для инвесторов eToro Михаил Мащенко считает, что Chesapeake Energy имеет все шансы на хороший 2019 год. «Компания заметно улучшила свое финансовое состояние: в июле были проданы активы в Ютике на $2 млрд, а в сентябре были размещены облигации на $1,25 млрд. Это позволит компании воплотить в жизнь свои планы по увеличению добычи в штате Вайоминг», — рассуждает Мащенко.

Рост количества буровых установок позволит добывать на 10 тыс. баррелей в сутки больше, чем в 2018 году, что увеличит квартальную прибыль на $50 млн, прогнозируют в eToro. Кроме того, следует иметь в виду рост цен на нефть, который благоприятно скажется на компании. Ситуация с наличными средствами должна улучшиться, полагает эксперт.

Фото: пользователя Photo YourSpace с сайта flickr.com

EQT — одна из старейших американских компаний по разведке, добыче и транспортировке природного газа и нефти. Она работает с 1888 года. Акции EQT входят в индекс S&P 500, а своего пика они достигли в 2014 году, когда стоили $111. С того времени по настоящий момент котировки снижаются, в этом октябре заметно умеренное восстановление, наблюдает Михаил Грачев из Teletrade.

Акции EQT могут получить импульс, когда состоится ожидаемое рынком отделение сегмента переработки. В этом случае головная компания сконцентрируется только на добыче. «В то же время темпы роста производства замедляются, поэтому мы не видим пока других катализаторов роста. Ожидаем, что возможное разделение может состояться в четвертом квартале, до этого момента покупка акций может быть рискованной», — прогнозирует Ален Сабитов из «Фридом Финанс».

Инвесторы не спешат принимать решений по этим акциям, поскольку в последнем квартале года ожидается еще и приход нового генерального директора, обратил внимание Гайдар Гасанов из «Международного финансового центра».

Акции EQT находятся в уверенном нисходящем тренде, и факторов, способных кардинально повлиять на это, пока не наблюдается. Такую оценку приводит аналитик «ФинИста» Альберт Кятов. Объясняет он это тем, что рентабельность активов у компании, как и рентабельность собственного капитала, являются отрицательными и составляют -1,12% и -2,71% соответственно. «От акций этой компании избавляются даже при растущем рынке. С точки зрения инвестиций данный актив неинтересен», — категоричен эксперт.

Фото: пользователя WildEarth Guardians с сайта flickr.com

Американская компания по добыче нефти и природного газа Southwestern Energy образована в 1929 году. Тогда она носила название Арканзасской западной газовой компании. Рыночная капитализация  Southwestern Energy превышает $3,2 млрд, а чистая прибыль по итогам второго квартала 2018-го года составила $51 млн. Ближайшая цель по акциям — $6,4 за штуку, это на 15,7% дороже текущей цены, заявил Михаил Грачев из Teletrade.

Рост, но чуть более скромный, прогнозирует этим акциям и Гайдар Гасанов из «Международного финансового центра». «Повышение эффективности производства в 2018 году из-за превышения показателя за второй квартал является скромным позитивным сигналом и выделяет компанию среди подобных. Но у инвесторов имеется беспокойство по поводу инфляции, а также затрат на услуги», — отметил Гасанов. Акции компании имеют потенциал роста в 8,5%, до $6 за штуку, считает эксперт.

Southwestern Energy продает активы в Арканзасе для того, чтобы продолжать уменьшить долговую нагрузку. Показатели ликвидности у компании снизились в последнем квартале, но после завершения продажи активов ликвидность может восстановиться, говорит аналитик «Фридом Финанс» Ален Сабитов. Реструктуризация поможет вырасти в будущем, но пока акции находятся под давлением, считает он.

Несмотря на то, что цены акций не только в долгосрочной перспективе не восстанавливаются, но и снижаются, стоит обратить внимание на отличное финансовое состояние компании, предлагает аналитик «ФинИста» Альберт Кятов. По его мнению, рентабельность активов Southwestern Energy гораздо выше, чем у конкурентов, и акции компании с уверенностью можно считать недооцененными. Из всех представленных компаний акции именно этой привлекательны для инвестирования на период, пока цены на энергоносители остаются высокими, резюмировал Кятов.

Вердикт аналитиков: Southwestern Energy

Экономический термин, обозначающий способность активов быть быстро проданными по цене, близкой к рыночной. Ликвидный — обращаемый в деньги. Условная стоимость компании, акции которой обращаются на бирже. Капитализация равна цене акций, умноженной на их количество. Часто используется для оценки эффективности инвестиций в ценные бумаги. EBITDA (англ. Earnings before interest, taxes, depreciation and amortization) — прибыль до вычета процентов, налогов, амортизации и уценки. Финансовый показатель позволяющий оценить сумму денег, которую компания может получить за период. В отличии от прибыли, при расчете EBITDA из суммы доходов не вычитаются такие неденежные расходы как амортизация и переоценка. Один из важных показателей для оценки способности компании обслуживать долг расчетный показатель, позволяющий оценить уровень рыночной недооцененности или переоцененности акции компании. Обычно считается как отношение показателя, содержащего рыночную стоимость (капитализация, цена акции, стоимость бизнеса) с отчетным финансовым показателем (выручка, прибыль, EBITDA и др.). Недооцененность или переоцененность компании оценивается путем сравнения значения мультипликатора компании с мультипликаторами конкурентов

Автор: Антон Песков.

quote.rbc.ru


Смотрите также