2019 потери сша в афганистане


WSJ: потери США в Афганистане выросли за год на треть

НЬЮ-ЙОРК, 30 января. /ТАСС/. Боевые потери США в Афганистане выросли примерно на треть за 12 месяцев в связи с увеличением интенсивности американских военных операций. Об этом говорится в статье, опубликованной в понедельник в газете The Wall Street Journal.

Ее журналисты ознакомились с докладом, предоставленным в Конгресс США администрацией американского президента Дональда Трампа. Как следует из документа, в течение 12 месяцев по ноябрь 2017 года включительно потери США в Афганистане составили 141 человек: 14 военнослужащих были убиты в боях, а 127 получили ранения.

Как отмечает издание, этот суммарный показатель вырос на 35% по сравнению с предыдущим отчетным периодом, завершившимся в ноябре 2016 года. Главной причиной роста потерь, по оценкам газеты, является наращивание интенсивности операций, которые проводят США в Афганистане. Как отмечается в публикации, Вашингтону пока так и не удалось существенно улучшить ситуацию в сфере безопасности в стране.

США воюют в Афганистане с октября 2001 года, что обошлось, по оценкам Пентагона, уже примерно в $680 млрд. В ходе этой кампании погибли 2,35 тыс. американских военнослужащих, еще свыше 20 тыс. получили ранения.

В августе прошлого года Трамп объявил о планах увеличения американского присутствия в стране с 11 до 15 тыс. военнослужащих. Как сообщила 11 января The Wall Street Journal, Вашингтон планирует перебросить в Афганистан дополнительную военную технику, в том числе беспилотники, а также направить в эту страну примерно тысячу военных советников.

tass.ru

Анализ военной ситуации в Афганистане на начало 2019 года - Евразийский Аналитический Клуб

Статья Никиты Мендковича, впервые опубликованная порталом «Русская весна«.

Президент США Дональд Трамп выступил в январе с призывом к России принять участие в разрешении афганского кризиса.

«Причина, по которой Россия была в Афганистане, в том — что террористы направлялись в Россию. Они были правы, будучи там… Почему Россия [теперь] не там?» — риторически вопросил Трамп в ходе своего публичного выступления.

Подобный демарш уже вызвал скандал и протесты афганского МИД, ведь официальный Кабул считает пребывание Советской Армии в Афганистане в 1979–1989 гг. незаконной оккупацией и празднует годовщину вывода ограниченного контингента как национальный праздник, «день победы в джихаде».

Причина, по которой США идут на подобный скандал, перечеркивающий многолетнюю антисоветскую пропаганду, в том — что афганский кризис углубляется и Вашингтон теряет контроль над ситуацией в стране.

Дни отступлений и потерь

С прошлого года власти США и Афганистана засекретили большинство данных, касающихся оперативной обстановки, а также потерь армии и полиции. Хотя осенью в своем публичном докладе Пентагон признавал, что в ходе кампании 2018 года «уровень потерь, с которым столкнулись афганские силовики в данный период, больший, чем когда-либо».

В абсолютных значениях потери составляли около 40–60 убитых военных и полицейских в сутки, в период с мая по октябрь, или 5–7,5 тыс. убитых за все это время. По подсчетам журналистов, с конца октября до начала января 2019-го погибло еще более 880 служащих проправительственных сил.

По нашим примерным оценкам, за год погибли в ходе боев от 7 до 11 тысяч представителей афганских силовых структур — без учета потерь иностранных военных.

По оценкам американских военных, около 50% убитых гибнет в результате атак вооруженной оппозиции на блокпосты, еще около 35% — в результате стычек в ходе операций по патрулированию местности. По итогам 2018 года «Талибан»* заявил, что в среднем атаковал ежемесячно 70 блокпостов армии и полиции, и на фоне анализа новостных сводок эти цифры не кажутся чрезмерными. Подобные операции ведут к вытеснению властей с периферии и закреплению боевиков в сельской местности.

В последние полгода растет число нападений на одиночных полицейских, небольшие патрули, а также терактов против руководства полиции и спецслужб районного и регионального уровня. В частности, в октябре произошло громкое убийство генерала Абдула Разика, главы полиции провинции Кандагар и одного из наиболее радикальных противников талибов в регионе.

Во многих областях на юге и востоке страны полиция деморализована и старательно не замечает боевиков, даже когда те появляются в городах или ставят блокпосты на трассах республиканского значения. В августе в ходе операции по захвату древней афганской столицы Газни талибы открыто концентрировались в районе рынка, но полицейские их «игнорировали», пока боевики не начали штурм отделений полиции, казарм и аэропорта.

Чья власть?

По последним данным о «зонах контроля» власти и вооруженной оппозиции в Афганистане, 53 района из 400 полностью контролируются «Талибаном» (по версии руководства боевиков, 61 район), власти контролируют 143 административных единицы, еще около 200 районов относятся к «оспариваемым» по американской классификации, то есть в них одновременно присутствуют и власть, и оппозиция.

Карта зон контроля по версии талибов.

Однако эти данные не полностью характеризуют ситуацию. Зачастую в «оспариваемом» районе власти и НАТО контролируют только административный центр и территорию военных баз, прочее же — во власти боевиков. Так, например, в районе Чарх (провинция Логар, восток Афганистана) местная администрация — формальна и назначается из числа талибов. Теневое правительство полностью контролирует работу школ и больниц, финансируемых из национального бюджета, осуществляет судебную власть.

В северных Баглане, Бадахшане и Кундузе талибы объявили о создании собственной пограничной охраны после показательного уничтожения официальных пограничных застав. В результате боевики устанавливают контроль над торговыми потоками, идущими в Афганистан. Единственным безопасным маршрутом доставки ГСМ и иных грузов для афганской армии из-за границы становится железная дорога Термез — Хайратон, но в ходе осенних боев и она оказалась под угрозой.

Провинция Герат (запад) прославилась тем, что местное образовательное ведомство подписало официальный меморандум о сотрудничестве с комиссией «Талибана» по вопросам образования, о чем широко объявила через СМИ. Естественно, что подобный «скрытый контроль» боевиков над жизнью целых регионов подтачивает основы современного государственного устройства Афганистана.

В 2018-м из-за терактов и угроз были фактически сорваны выборы в парламент страны. В день голосования были убиты 28 человек, 11 силовиков и 17 рядовых избирателей. Кроме того, в ходе кампании при различных обстоятельствах были убиты 10 кандидатов в депутаты. Более чем в четверти районов страны выборы были перенесены или отменены, на длительное время растянулся подсчет голосов, что вызвало полное недоверие к официальным объявленным итогам.

В чем проблема?

Анализ чисто военной ситуации не позволяет понять корень проблем. Оснащение талибов несколько улучшилось за последний год, но все еще хуже, чем у армейских частей Афганистана. Стрелковое оружие, часто «Калашниковы» 1980-х, сильно изношено, из-за нарушения нарезки стволов (особенно у пакистанских реплик) — кучность стрельбы крайне низка. Во многих отрядах нормальная обувь и снаряжение появились только в последние 1–2 года.

Более или менее новое оружие и снаряжение, включая жилеты-разгрузки и отдельные ПНВ, есть только в «красных отрядах», элитных штурмовых подразделениях «Талибана». Уровень навыков даже этих боевиков не слишком высок, появление в Сети записей их «показательных» занятий по физической и боевой подготовке вызывает многочисленные насмешки. В частности, в декабре в Интернете много обсуждали «фехтовальные» тренировки талибов на одной из пропагандистских записей. Могу засвидетельствовать, российские ролевики фехтуют лучше, более подвижны и менее смешны.

Но, несмотря на все недостатки, выигрывают именно плохо оснащенные и подготовленные талибы, а не армия, выученная американскими инструкторами.

На текущий момент фундаментальные причины поражений властей и НАТО таковы:

1) Отсутствие внятной военно-политической стратегии борьбы с боевиками, что ведет к постоянной «войне от обороны», которая изначально ставит власть в более слабое положение.

2) Слабая разведка практически не позволяет отслеживать и предугадывать концентрацию боевиков перед проведением операций. В результате постоянно возникают ситуации нападения и разгрома блокпостов превосходящими силами боевиков, которые скрытно выдвигаются к месту атаки, и выдавливание силовиков из сельских районов.

3) Провал работы гражданской администрации на местах и контроля над ней. «Талибан» зачастую обеспечивает лучший контроль над местными социальными и административными учреждениями, сохраняет квалифицированные кадры чиновников, которые дополняет своими «комиссарами», мотивированными для работы на местах, в отличие от «государственного» начальства, которое порой избегает приезжать в свой район из Кабула или областного центра.

4) Официально признанные Пентагоном проблемы логистики в афганской армии, нехватка транспорта, избыточная бюрократизация, дефицит авиационных площадок в провинциях и централизация транспортных потоков. Свою негативную роль играет коррупция и случаи хищения ГСМ. Эффект объявленных около года назад реформ военной логистики в Афганистане пока незаметен.

5) Полиция районного уровня часто плохо обеспечена оружием и техникой, включая средства наблюдения за территорией. Часто личный состав вооружен теми же автоматами из старых запасов, испытывает нехватку транспорта и страдает от низкой зарплаты.

6) Наконец, причина поражений всегда частично в противнике. «Талибан» слаб по меркам сильных современных армий, однако боевики развиваются — совершенствуют тактические схемы, улучшают систему контроля и управления внутри движения, адаптируются к текущей социально-политической ситуации, пытаются исправить свои ошибки, что в конечном итоге позволяет им одерживать победы.

Ситуация в Афганистане оставалась под контролем Вашингтона до 2014 года, когда в стране постоянно находилось около 100 тысяч иностранных военных. Однако все значительно осложнилось при попытке возложить ответственность за безопасность на афганских силовиков, чьи военные возможности меньше, чем у сил НАТО.

США также ищут выход, так как Белый дом не готов снова отправить в Афганистан крупный воинский контингент для удержания ситуации. Между тем падение Кабульского правительства для Вашингтона — неприемлемый вариант, так как приведет к дискредитации военной мощи США и НАТО.

Уже сейчас видна неготовность «коллективного Запада» удерживать ситуацию под контролем. Именно с этим связана в том числе новая стратегия ЕС в Центральной Азии, основанная на более тесном сотрудничестве с региональными правительствами и Россией, которые, в отличие от военных структур Запада, могут контролировать ситуацию на транзитных маршрутах из Китая в Европу.

В интересах США — любым способом избежать явного военного поражения в Афганистане. Именно с этим связана активизация поиска политического решения проблемы, а также призывы к партнерству, адресованные Москве, Пекину и Нью-Дели.

evrazklub.ru

США с треском проигрывают Афганистан

В Афганистане снова бои. Впрочем, там они никогда толком и не прекращались на протяжении вот уже более полутора десятков лет. Ежегодно обостряясь примерно в апреле-мае, по мере освобождения горных перевалов от снега, и затихая к концу октября, когда новая зима снова закрывает перевалы и общая активность в стране останавливается. Однако сезон текущего года имеет все шансы если не стать решающим, то вплотную к нему приблизиться.

Неделю назад полевые формирования движения «Талибан» (организация, запрещенная в РФ) после трехсуточных штурмовых боев взяли под контроль город Газни — столицу одноименной провинции к юго-западу от Кабула. Тем самым оказалась перерезана одна из ключевых магистралей, связывающих весь юго-запад со столицей. Четырьмя днями позднее, 13 августа, пала военная база правительственных сил «Китайский лагерь» в провинции Фарьяб, на севере страны.

Важным тут являются два факта. Во-первых, талибы (организация, запрещенная в РФ) продемонстрировали высокий уровень координации по местным меркам крупной «войсковой» операции, задействовав одновременно до двух тысяч человек. Во-вторых, гарнизон базы держался больше десяти дней в надежде получить если не подкрепление, то хотя бы боеприпасы и поддержку огнем авиации. Ни того, ни другого центральные власти страны вместе с американцами обеспечить не смогли.

Причем долгосрочная тенденция такова, что формально имея вооруженные силы численностью свыше 250 тыс. человек, в том числе, более 15 тыс. очень хорошо обученного спецназа, да еще опираясь на 22 тыс. западного, прежде всего американского, воинского контингента, Кабул, тем не менее, контроль над страной утрачивает.

Еще в феврале текущего года центральное правительство, как говорилось официально, «прочно контролировало» 57% территории страны и 61% населения. Еще 20% территории и 18% населения находилось под «оппозицией» (талибами (организация, запрещенная в РФ) и радикальными исламистами вместе). Остальное являлось «серой зоной» где обе стороны «властвовали» одновременно, часто даже не особо скрываясь друг от друга. В ряде мест власть вообще переходила из одних рук в другие в зависимости от времени суток.

К началу августа правительство утратило контроль еще над 20% территории и 15% населения. Хотя власть полностью повстанцы взяли лишь на 5−8% площади страны, основной прирост пришелся на «серые зоны». Правительству в Кабуле это дает основания сохранять лицо и делать вид, что происходящее является лишь некоторыми временными трудностями. Ведь армия и полицейские силы там по-прежнему еще формально остаются. Однако история с «Китайским лагерем» показывает, что федеральный центр не в состоянии оказать периферии действенную помощь даже в откровенно пиковой ситуации.

В результате талибы (организация, запрещенная в РФ) серьезно укрепились на севере и окончательно взяли под полный контроль всю протяженность границы с Таджикистаном, Узбекистаном и Туркменией. Сейчас их вооруженные отряды ведут наступление на ключевые перевалы, соединяющие эти северные провинции со столицей. Падение Газни указывает на явно успешное развитие операции.

Боевики Исламского государства (организация, запрещенная в РФ) против Кабула ведут свою собственную войну. Как, впрочем, и против Талибана (организация, запрещенная в РФ). С той лишь разницей, что бои с талибами (организация, запрещенная в РФ) носят переменный характер, а с правительственными войсками — преимущественно успешный.

Так как в информационном отношении Афганистан является страной, еще более закрытой, чем Северная Корея или Китай, точных данных о потерях правительственных сил нет. Но если судить по косвенным, ситуация приближается к критической. Бадахшан (северо-восток), Бадгис (север) и Газни центральным властям практически не принадлежат.

Попытка если не отбить Бадахшан, то хотя бы нанести инфраструктуре Талибана (организация, запрещенная в РФ) там серьезный ущерб с помощью ударов американской авиации по целеуказаниям спецназа провалилась. Американский спецназ понес существенные потери (по разным источникам до 40 человек убитыми и ранеными), в ряде случаев не сумев к объектам удара даже пробраться. Обученный американскими и британскими инструкторами афганский спецназ проявил себя, мягко говоря, неоднозначно.

Как отметило потом командование сил США в Афганистане, непосредственно по запланированным целям пришлось менее трети авиаударов. Остальные накрыли гражданских и даже позиции самой афганской армии или полиции. «Сопутствующий ущерб» оценивается в 64 гражданских лица. Потери в армии и полиции не разглашаются.

Однако в целом даже из официальных отчетов ясно, что численность силовых подразделений афганского правительства за последние три месяца сильно упала. В течение относительно спокойной зимы в армии «пропало» 2,8% личного состава, в полиции — 17,7% (или 23 тыс. человек). После начала боев в текущем году, по американским данным, «неясной» называется судьба еще 28 тыс. человек. С учетом потерь в Фарьябе, Газни и ряде других мест, указанную цифру можно увеличить до 32−33 тысяч человек.

Иными словами, всего за одно полугодие Афганистан лишился пятой части личного состава своих силовых подразделений, основная доля которых приходится на полицию. В этой связи примечательна реакция Германии, на протяжении тринадцати лет отвечавшей за обучение и подготовку «новой афганской полиции», как в рамках двусторонней программы GPPT (German Police Projekt Team), так и координируя деятельность двадцати стран Европы по линии миссии Europol.

Если раньше ежегодный доклад о положении дел строго назывался «Отчетом о прогрессе» (Forschrittsbericht) и содержал только положительные факты (которых, однако, было с каждым годом все меньше), то уже в марте 2018-м он внезапно стал «Отчетом о перспективах» (Perspektivbericht). И приводил к однозначно негативному заключению: создать надежные и стабильные местные полицейские силы по европейскому образцу в Афганистане не удалось. Правительству рекомендовано свернуть программы ввиду их очевидной бесперспективности.

Впрочем, в армии ситуация не лучше. По американским данным, уровень дезертирства в вооруженных силах Афганистана подскочил до 16%. Более того, «из рядов» бежит каждый четвертый новобранец сразу после окончания учебного цикла в базовых лагерях в тылу.

Словом, можно констатировать, что программа строительства в Афганистане западной модели демократического государства провалилась. Для раннефеодального менталитета местного населения все эти игры в демократические принципы, функциональное разделение ветвей власти, систему разграничения и взаимного уравновешивания полномочий на основе писаного права, оказались непонятны и чужды.

Даже «демократически избранные» под западным (читай, американским) контролем президент Ашраф Гани и премьер Абдулла Абдулла прямо блокируют действия друг друга, не скрывая цели добиться единоличной власти в стране. Причем власти, опирающейся в подавляющем большинстве в первую очередь на иностранную военную силу. Непосредственно сами они могут рассчитывать на поддержку едва ли четверти Афганистана на двоих. Половина страны по сей день фактически находится во власти племенных вождей и этнических группировок. За остальное конкурируют религиозные лидеры, в том числе ИГИЛ (организация, запрещенная в РФ).

Если еще три года назад американскому командованию еще как-то удавалось демонстрировать если не позитивную тенденцию, то хотя бы видимость стабильного контроля над ситуацией, то в этом году не осталось даже ее. Успехи правительственных войск в Сирии привели к возврату в Афганистан существенного количества боевиков, имеющих боевой опыт. Отмечено появление как у талибов (организация, запрещенная в РФ), так и у радикальных исламистов целых сплоченных отрядов численностью от взвода до роты, с явным «сирийским прошлым».

Что еще важнее, вместе с пополнением пришли связи и деньги. Во всяком случае, разведка отмечает факт увеличения числа талибских (организация, запрещенная в РФ) формирований, облаченных в однообразную форму и уже неплохую обувь явно заводского серийного производства. Кроме того, в наступательных боях нынешнего года, особенно талибы (организация, запрещенная в РФ), вдруг перестали испытывать дефицит боеприпасов. Хотя вооружение, вплоть до стрелкового, у них остается все еще старым.

Против всего этого ни у афганского правительства в Кабуле, ни у американского военного командования в Афганистане, ни у его политического руководства в Вашингтоне, никакой внятной стратегии нет. Вообще совсем.

Афганская армия воевать особым желанием не горит. Тем более что любые, даже отдельные локальные успехи, тут же сильно обостряют многочисленные внутренние противоречия между властными группировками. Участились случаи прямых боевых столкновений между подразделениями разного подчинения. Говорить о каком-либо существенном укреплении центральной власти, даже на уровне института, явно не приходится.

Возможности иностранного военного контингента, при всем американском техническом превосходстве, оказались еще более ограничены. Во всяком случае, кроме нескольких авиаударов, ничем более существенным они помочь окруженным талибами (организация, запрещенная в РФ) на севере армейским и полицейским гарнизонам не смогли. Фактически, их положение в Афганистане еще хуже иракского. И там, и там солдаты откровенно заперты на своих базах, напоминающих осажденные крепости. Вот только в Ираке между базами существует относительно надежная логистическая связь не только по воздуху (вертолеты), но и по земле (охраняемые конвои), тогда как география Афганистана делает прерывистым даже воздушное снабжение.

Хотя пока Пентагон с Белым домом еще делают хорошую мину при плохой игре, в целом наступление «начала конца» уже очевидно. Наступление талибов (организация, запрещенная в РФ) в этом году проходит со значительно меньшим уровнем сопротивления. И это не какие-то отдельные набеговые операции в отдельных точках на глухой периферии. «Талибан» (организация, запрещенная в РФ) очевидно нацелился за захват и удержание ключевых точек, обеспечивающих сухопутную связь провинций со столицей. В случае успеха, а сомнений в нем остается все меньше, к концу компании 2018 года Афганистан станет очень сильно смахивать на Вьетнам «за неделю до падения Ханоя».

Нельзя сказать, что в США данную перспективу не понимают. Наоборот, пока еще есть что обменивать, американцы пытаются организовать некий новый переговорный процесс, в расчете, если не создать новую устойчивую политическую конструкцию, то хотя бы «достойно уйти с развернутыми знаменами» под его прикрытием. Ради благого дела они даже готовы сотрудничать с Россией и поддерживать наши дипломатические усилия по выстраиванию отношений с Афганистаном. Однако на мартовскую конференцию в Ташкенте приглашенная туда делегация талибов (организация, запрещенная в РФ) просто не приехала.

На данном этапе они положение очевидно выигрывают, потому надобности в каких-то переговорах не видят. Американцы, как сразу после 2001 года, двести тысяч своих штыков уже не приведут. Без качественного наземного обеспечения их авиация уже совсем не такая грозная. Армия их ставленников в Кабуле по всем фронтам, пусть не массово бежит, то стабильно отступает с потерями. Россия свой контингент не введет тоже. Нам там решительно не на кого опереться, а воевать вместо самих афганцев, смысла лишено изначально. Тогда зачем садиться за какой-то стол для каких-то переговоров самим талибам (организация, запрещенная в РФ)?

Словом, можно заключить, что до конца нынешнего, а, учитывая американский политический цикл, и до итогов выборов следующего президента в США в ноябре 2020, общая тенденция развития событий в Афганистане сформировала четкий тренд. Под вопросом остаются лишь мелкие детали. Американские войска уйдут торжественно и с видимостью порядка и выполненной задачи или как это случилось в Сайгоне в апреле 1975-го со всех ног в большой панике. Но что это случится в течение ближайших лет уже определенно. США проиграли войну афганцам и бесславно вынуждены будут покинуть эту страну, которая, как показывает вся ее история, захватчиков не любит.

Александр Запольскис, ИА Regnum

news-front.info

Потери ВС США в Афганистане выросли на треть

Боевые потери США в Афганистане выросли примерно на треть за 12 месяцев в связи с увеличением интенсивности военных операций, передает ТАСС сообщение газеты The Wall Street Journal. По данным газеты, ссылающейся на доклад, представленный администрацией Трампа в Конгрессе, «в течение 12 месяцев по ноябрь 2017 года включительно потери США в Афганистане составили 141 человек: 14 военнослужащих были убиты в боях, а 127 получили ранения».Издание отмечает, что этот суммарный показатель «вырос на 35% по сравнению с предыдущим отчетным периодом», завершившимся в ноябре 2016 года.Главной причиной роста потерь называется наращивание интенсивности операций, которые проводят американцы в Афганистане. При этом Вашингтону пока так и не удалось существенно улучшить ситуацию в сфере безопасности в стране.

Напомним, американские военные воюют в Афганистане с октября 2001 года, что обошлось, по оценкам Пентагона, уже примерно в $680 млрд. В ходе этой затянувшейся кампании погибли 2,35 тыс. военнослужащих, еще свыше 20 тыс. получили ранения.

Использованы фотографии: http://www.globallookpress.com

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

topwar.ru


Смотрите также